По целому году он держал пленников на борту «Паучьей сети» и откармливал свистящей, говорящей и поющей овсянкой с изюмом. А потом подкидывал откормленных детей плачущим от счастья родителям.
А вот сироток Суровый Проглот забирал к себе навсегда. С удовольствием кормил их и учил пиратской песенке:
Йо-хо-хо, ешь овсянку с изюмом,
Йо-хо-хо, станешь сильным и умным!
И назло океанским ветрам
Йо-хо-хо, кашу ешь по утрам!
На корабле всех этих детей так и звали: дети Сурового Проглота. Никто не смел их обижать, зная какие у папы огромные кулаки.
Пираты гадали: зачем ему возиться с этими детьми? А всё объяснялось очень просто! Под грозной внешностью Сурового Проглота был всё тот же мальчик Недоедайка, привыкший делиться едой с любимой обезьянкой и помнящий заботу о нём своего отца.
***
Сундук, найденный Одноглазым Хью и Деревяшкой Джоном, не был пустым. Но вместо сокровищ и бесценного рубина в нём лежали лишь стопки исписанной бумаги. Озадаченный Деревяшка Джон с надеждой взял верхний листок и прочёл:
«Дорогие мои пираты из прекрасного будущего!
Никогда не зарывайте в землю кастрюлю с кашей! Иначе, какие-нибудь негодяи могут её похитить и подсунуть взамен зелёную гадость! Радуйтесь настоящему моменту, ешьте всё в свежем виде, будьте здоровы и счастливы!»
– О-о-о! – взвыл от разочарования Деревяшка Джон. – Старик над нами издевается! Или выжил из ума на старости лет! Хью, – спросил он с досадой, – и вот за этим все мы столько времени гонялись?
– Подожди, – остановил его Одноглазый Хью, – давай дочитаем всё до конца! Быть может, тогда мы узнаем, где находится настоящее сокровище капитана и куда он дел драгоценный рубин!
Так, пираты принялись читать истории, записанные последним капитаном «Паучьей сети» по кличке Суровый Проглот.
Пираты были людьми безжалостными. Сказки на ночь детям они рассказывали вовсе не такие, как добрые папеньки и маменьки на безопасном берегу. Но, несмотря на это, приёмные дети капитана Сурового Проглота сказки любили безумно и с нетерпением ждали вечера, чтобы послушать страшные и, порой, леденящие кровь истории.
В один из таких вечеров в капитанской каюте в ожидании сказки сидели трое маленьких пиратов: Лопоухий Эндрю, Босоногий Джек и Рон Проныра. Капитан задерживался. Он давал указания штурману и вперёд-смотрящим, ведь недалеко уже было до порта Хаген, где «Паучья сеть», благодаря ночной темноте, должна была незаметно причалить.
– Ну что, воробьи, готовы? – пробасил Суровый Проглот, заходя в свою каюту. – Или, быть может, отпустить вас сегодня спать без страшилок на ночь?
– Нет, нет! – заголосили маленькие пираты. – Мы вели себя хорошо и сегодня почти не хулиганили!
– Не хулиганили?! – грозно спросил капитан. – А кто стащил у боцмана Эя Разявы две деревянные швабры?
Рон Проныра скромно потупил взгляд:
– Я на время взял, вернул же почти сразу!
– Вернул! – разошёлся ещё больше капитан. – Да только сломанные! Швабры нужны для того, чтобы драить палубу, а не сражаться. Ясно вам?
– Ясно, – устыдились в свою очередь Босоногий Джек и Лопоухий Эндрю. – Мы больше не будем!
– Прости нас, Суровый Проглот, – сказал Рон Проныра. – Расскажи нам сказку!
– Расскажи, расскажи! – поддержали его остальные.
– Хо-хо! – засмеялся капитан. – Ну, слушайте!
***
– Море только с виду гладкое и бескрайнее. «Вода себе да вода!» – скажет тот, кто не знает его многоликий и непредсказуемый характер. А что на самом деле таит в себе эта огромная толща воды? Что происходит на разных её глубинах и на самом дне? Точно не знает никто…
– Даже ты? – удивился Босоногий Джек.
– Даже я, – усмехнулся Суровый Проглот. – Но рассказов за свою жизнь я слышал немало: о русалках и водяных, блуждающих огнях и гиблых местах, о поющем ветре и глубинном злыдне…
Капитан понизил голос:
– Глубинный злыдень живёт почти на самом дне. Пока светит солнце, он находится в полудрёме, и в перерывах между сном питается страхами мелких рыбёшек и других морских обитателей. Но лишь только наступает ночь, глубинный злыдень поднимается на поверхность и ищет себе добычу поинтереснее да покрупнее!
– Ой! – невольно вырвалось у Лопоухого Эндрю.
– Что, уже струсил? – захохотал Босоногий Джек.
– Ещё чего! – стал храбриться Эндрю. – Это всего лишь сказочка, да и то для таких малявок, как вы. А я, между прочим, самый старший!
Капитан подождал, пока маленькие пираты перестанут браниться, и продолжил:
– Глубинный злыдень появляется всегда внезапно и выскакивает обычно в тот момент, когда его меньше всего ожидаешь увидеть. Он набрасывается на моряков, не спящих ночью и даже на простых людей около пристаней. В лучшем случае, человек на всю жизнь остаётся заикой, в худшем – умирает от ужаса прямо на месте. Глубинному злыдню достаётся столько страха, что он, довольный и сытый, отправляется обратно в море, и может иногда несколько суток сладко дремать на дне.
– А как он выглядит? – спросил маленький рыжеволосый Рон Проныра. Его, обычно весёлое, всё в конопушках лицо, выглядело сейчас озадаченным.
