— Только про жратву сейчас не надо, — взмолился, всматриваясь во тьму, контуженый Фетте. — Меня и так уже вдвойне мутит.
— Сейчас тебя сменю, — пообещал Верн, закрепляя бинт. — В сущности, не так плохо получилось. Враг в ярости, а у нас будет шнельклопс[1]. Но вы больше не подставляйтесь. Это приказ!
— Слушаемся, господин обер-фенрих! Ночевки в деревне — рискованная стратегия, — признал Вольц. — Слишком много укрытий у противника. Львы — виртуозы маскировки и чрезвычайно искусны в подкрадывании. Господин ботаник, не забудьте записать это ценное научное наблюдение.
Еще три дня и новое столкновение. На этот раз едва не попались ламы.
… С виду водоем был чист. От воды слегка несло затхлостью, но никакого разложения. Небольшой пруд, видимо, некогда созданный искусственно для поения скота. Строения деревни практически развалились — оставлена давно, львы к этому делу непричастны. Собственно, рева хищников давно не слышно. Возможно, отстали.
Рейдовики пристально всматривались — прудик оставался безмятежен: крошечный островок зелени тростника, на грязи берегового подхода никаких следов, кроме мелко-птичьих.
— Куда⁈ — гавкнул Верн на устремившихся к воде ламов. — Можно же как-то повоспитаннее, без толкотни.
Куда там — влетели по пузо в воду, лишь помнивший о суровом дисциплинарном взыскании Брек оглянулся на начальство.
Ламы шумно и блаженно пили — в последние дни с водопоями было откровенно плохо. Лишь Брек внезапно так и застыл на берегу, принюхиваясь, с нелепо приподнятой ногой…
…Верн даже не понял, почему перекидывает со спины арбалет…
Лев прыгнул из тростника и лишь потом взрычал. Как он мог скрыться в куцем пятне зарослей — непонятно. Видимо, забрался заранее и очень долго и терпеливо выжидал в воде. Совершенно несвойственная львам тактика…
…оказавшая даже более хитроумной. На рев немедленно ответили рыки поддержки — из лощины длинными прыжками летели еще две львицы…
…Вольц хладнокровно сдвинул со шлема на глаза стрелковую маску, одновременно вскинул «маузер». Раненый бок слегка сковывал движения начальника штаба, но прицел он взял точный. Прогремел выстрел — безупречный — «озерно-водоплавающий» лев, уже практически настигший и ударивший замешкавшегося Белого, поймал пулю в череп, завалился, коротко забил лапами в воде, вздымая придонный вонючий ил, и замер…
— Далеко не отходить! — скомандовал Верн ламам, рванувшим от опасности в разные стороны, перепуганный Чернонос со страху уже перемахнул тростник и взлетал на берег…
…Командир рейдовиков развернулся с взведенным арбалетом к засадным львицам.
Фетте и ботаник готовились встретить противника залпом двух «курц-курцев», начальник штаба нежно перезаряжал винтовку. Но стрелять было незачем — львицы стремительно удирали.
— Отставить пальбу! — поспешно скомандовал Верн, с болью вспоминая о мизерном боезапасе.
— Видим-видим, господин обер-фенрих, — заверил Фетте. — Эти костистые сучки драпанули, как только раздался выстрел. Мигом поняли, что врасплох нас застать не вышло.
Издалека донесся утробный громовой рев.
— Он тоже понял, — кратко сказал Верн.
Друзья согласно кивнули — сомнений не было, коварная засада была выдумкой Генерала.
— Из хороших новостей — у нас опять есть львиное филе на ужин, — объявил начальник штаба. — Плохих больше: во-первых, Генерал оказался хитрее, чем предполагалось. Мы едва не попались. Во-вторых, проклятый водяной лев дотянулся до нашего лама и попортил вьюк, а самого беднягу Белого шатает от пережитого ужаса. Ну и еще по мелочам.
— Говори! — потребовал Верн, предчувствуя самое недоброе.
— У меня открылась та царапина, — признался Вольц. — Ничего страшного, но надо бы перевязать.
— Лег, немедленно! — заорал Верн. — Кирасу снять! Идиот, кто тебя заставлял брать большой «маузер»⁈ «Я здоров, я здоров», сдери тебе башку. Тупой цизель-переросток! Какого дерьма было настаивать⁈ По выздоровлению получите взыскание, господин фенрих!
— Так точно. Сейчас только не ори, в ушах звенит, — попросил начальник штаба, садясь на жесткую траву.
Кровопотеря была не столь большой, слабость раненого объяснялась общим утомлением. И тупым желанием непременно оставаться самым сильным и несгибаемым воякой, чтоб ему. Двойная дневка и обильный львиный бульон должны восстановить силы. Хуже было иное…
— Он нас доконает, — первым сказал ботаник.
— На сей раз наш лысый специалист абсолютно прав, — признал Вольц, одобрительно глядя на разливающего бульон дойча. — Вот смотрите: абсолютно гражданская, нелепая, необученная личность, но сколь многое успел ухватить из ценного армейского опыта. Что значит начальное университетское образование!
— Кривобокость значительно обострила вашу наблюдательность, герр фенрих! — восхитился дойч, сцеживая остатки наваристой жижи.
— Нашли время для шуток, — сумрачно сказал Верн. — Охота на львов становится бессмысленной. Мы их даже сварить толком не можем. И это дает тварям психологическое преимущество — они-то нас варить все равно не собираются, у них рецепт прост и неизменен.
