– Господи! Как хотелось бы рассказать обо всем, что я сего shy;дня видела. Меня это просто распирает, я хочу все это тебе вы shy;ложить, поделиться с тобой, но тут столько всего, не расска shy;жешь. В детстве меня очаровывали всевозможные формы ве shy; щей, всевозможные красивые узоры. Я собирала разные лис shy;тья: они так отличались друг от друга по виду, по форме и были такими изящными, такими красивыми, я рисовала их во всех подробностях. Другие дети иногда смеялись надо мной, но я словно бы открыла новый чудесный мир, который окружает нас, и которого большинство людей не замечает. И он постоян shy;но становится все богаче, красивее. Я теперь ежедневно вижу вещи, каких не видела раньше – вещи, мимо которых люди проходят, не замечая их.
Иногда Эстер встречалась с Джорджем поздно ночью, после веселой, блестящей вечеринки, куда ее приглашали, или которую устраивала сама. И тут она тоже лучилась радостью, бывала охва shy;чена весельем, приносила ворох новостей. И мир, о котором она пела речь, был уже не миром утренних трудов и дел; то был заме shy;чательный мир ночи, счастливый мир наслаждений, богатства, известности, таланта и успеха. Она бывала переполнена этим ми shy;ром, он все еще булькал шампанским пьянящего веселья, ис shy;крился своим блеском и радостью.
Этот ночной мир, в котором она вращалась, жила как привычная, признанная обитательница, являлся привилегирован shy;ным миром избранных. Миром прославленных имен и знаменитыx личностей, давно прогремевших на всю страну. В него входи shy;ли значительные продюсеры и знаменитые актрисы, известные писатели, художники, журналисты и музыканты, могуществен shy;ные финансисты. И все эти великие иллюминаты[13] ночи, каза shy;лось, вращались, жили, дышали в некоей прекрасной колонии, которая некогда, в волшебных мечтах его детства, представля shy;лась невозможно далекой, а теперь, благодаря тому же волшебст shy;ву, чудесно близкой.
Эстер делилась с Джорджем впечатлениями, еще не остыв от соприкосновения с этим чудесным миром славы, красоты, богат shy;ства и могущества. Делилась, небрежно давая понять, что причастна к нему, и самым невероятным казалось то, что она часть это shy;го мира.
Бог весть, что Джордж ожидал открыть для себя – услышать, что эти создания услаждаются амброзией, пьют нектар из золо shy;тых чаш, едят миног или неведомую пищу, о которой простые люди даже не слыхивали. Но почему-то странно было слышать, что это прославленное общество ложится спать, встает, умывает shy;ся, одевается и идет по делам, совсем как остальные, и что из этих знаменитых уст исходят обороты речи, мало чем отличаю shy;щиеся от его собственных.
Знаменитый журналист, чьи крылатые шутки, тонкие остро shy;ты, шпильки и похвалы, изящные стихотворения и искусные лимерики блистали более двадцати лет – человек, чьей ежедневной хроникой нью-йоркской жизни Джордж так часто упивался в студенческие годы, зачитывался тем дневником повседневности всего далекого, сияющего великолепием Вавилона, окутанного розовой дымкой его воображения – этот подобный Аладдину ча shy;родей, который так часто тер свою лампу и живописал великоле shy;пие этого дивного Вавилона для сотен тысяч таких же, как он, ребят – этот волшебник лично присутствовал в тот вечер на званом обеде, сидел рядом с Эстер, называл ее по имени, как и она его, впоследствие он опишет эти время, место и личность в очередной части того бесконечного дневника, который мечта shy;тельные юноши в тысяче маленьких городков будут с упоением читать, грезя о дивном Вавилоне: «Я поехал в автомобиле к Эстер Джек, нашел у нее веселое общество, там были декоратор С.Левенсон, писатель С.Хук, красавица в красном платье, которой я прежде не видел, и которую сразу же поцеловал в щечку, и много других людей, весьма утонченных, но самой утонченной, на мой взгляд, была Эстер».
Или же она рассказывала ему веселые новости о какой-нибудь блестящей премьере, открытии знаменитого театра, обществе красивых и знаменитых, которое было там. Блестящее течение этих событий журчало из ее уст с веселой, взволнованной ожив shy;ленностью. И словно с целью придать событию обыденности – возможно, чтобы Джордж чувствовал себя непринужденнее, ощущал членом этой привилегированной группы, пользующим shy;ся всеми ее преимуществами; или, может, с чуточкой притворст shy;ва, дабы показать себя такой простой и чистой духом, что ей не внушают благоговения громкие репутации великих – она предваряла свои описания, уснащала свой блистательный реестр имен такими скромными словами, как «человек по имени…».
Эстер говорила: «Слышал ты о человеке по имени Карл Файн? Это банкир. Сегодня вечером я разговаривала с ним в те shy;атре. Мы знакомы много лет. Слушай! – Тут ее голос начинал шучать с веселым ликованием. – Тебе нипочем не догадаться, что сказал он, когда подошел…».
Или: «Сегодня я сидела за обедом рядом с человеком по име shy;ни Эрнест Росс. – Это был знаменитый адвокат по уголовным делам. – Мы с его женой вместе ходили в школу».
