Зафесов Геннадий Рамазанович родился в 1936 году в ауле Кошехабль Кошехабльского района Адыгейской автономной области.Окончил юридический факультет МГУ. Работал по специальности. Был на комсомольской работе. Учился в аспирантуре Института мировой экономики и международных отношений АН СССР. Кандидат экономических наукВ 1965 году пришел в «Правду». С 1968 по 1976 год был собственным корреспондентом в Республике Куба и странах Центральной Америки. С 1978 по 1986 год — собственный корреспондент «Правды» в Италии. С 1976 по 1978 год и в настоящее время — заместитель редактора «Правды» по отделу международной информации.Автор книг: «Латинская Америка: объединение или разобщение», «Наши на Кубе», «Остров зари багряной», «Пятая граница», «На окраинах бывших империй», «Тень над Апеннинами», «Тайные рычаги власти».Некоторые из них переведены на иностранные языки и языки народов СССР.
Минуло более десяти лет с того разговора с одним из коллег, но до сих пор я испытываю чувство смущения, вспоминая, с каким скепсисом и легкомыслием отнесся к рассказу о всепроникающей и могущественной силе масонского «братства». Мне он показался преувеличенным и уж во всяком случае, не имеющим никакого отношения к нашим дням. Боюсь, что надо мной довлело лапидарно-хрестоматийное представление о масонстве, в котором Пьер Безухов пытался найти пути к нравственному усовершенствованию.
Конечно, я знал, что масонство как религиозно-этическое учение возникло в начале XVIII века в Англии, а потом быстро распространилось во Франции, Германии, Испании, России, Дании, Швеции, США. Знаком я был и с такими предписаниями масонам, как-то: не быть «ни глупыми атеистами, ни безрелигиозными вольнодумцами», известно было и запрещение масонам участвовать в политических движениях. Но все это были, так сказать, сведения из «информационного банка», в какой-то мере, для меня во всяком случае, абстрактные.
Потом журналистская судьба непредсказуемая, впрочем, как и все другие, отправила меня на работу в Рим. В конце семидесятых — начале восьмидесятых годов над Италией бушевал смерч терроризма. Гремели выстрелы и взрывы, совершались убийства и похищения людей. Откровенно профашистские и левоэкстремистские группы и группировки словно бы открыли между собой какую-то дикую гонку за право выдвинуться на политические подмостки Италии или хотя бы погромче заявить о себе. Многие итальянцы заплатили за эти домогательства кровью и жизнями. Позже в лексиконе историков, социологов, журналистов, пишущих об этом периоде, укоренится словосочетание, убийственное, как выстрел, и безапелляционное, как приговор, не подлежащий обжалованию, — «свинцовые годы».
Так совпало, что в день моего прилета в Рим была поставлена трагическая точка в самом нашумевшем политическом преступлении на Апеннинах: после похищения и 55-дневного заточения террористами был убит Альдо Моро, видный государственный деятель, председатель христианско-демократической партии — крупнейшей буржуазной партии Италии. Тогда об этом писали во всем мире. Спустя месяцы и годы, да и теперь к этому событию нередко возвращаются в Италии. Естественно, что корреспондент, работающий в стране, тоже уделял много внимания этому «преступлению века», как окрестили его итальянцы. Наверное, юридическое образование и желание попробовать себя в необычном жанре подтолкнули меня заняться собственным «следствием» по делу А. Моро.
Написанное по горячим следам вылилось в статьи и даже книжку. Но чем больше я занимался «следствием», тем больше возникало недоуменных вопросов и совершенно необъяснимых ситуаций. Касалось это, прежде всего невероятной инертности, неповоротливости и фантастических ошибок, которые допускало официальное следствие. Сначала зародилось, а потом и начало крепнуть убеждение, что промахов слишком много, чтобы считать их случайными, а безответственность переходит черту, когда ее можно было бы считать халатностью, а не умыслом.
Пытаясь найти связь между причиной и следствием, я все чаще натыкался на слово «масоны», затем оно конкретизировалось в масонскую ложу «П-2». Дальше, как в калейдоскопе, разрозненные стеклышки стали складываться в причудливые, но вполне определенные узоры, и в один прекрасный день пришлось признаться себе, что в том, давнем разговоре о масонах я проявил профессиональную близорукость. Не оставалось ничего другого, как заняться тайнами масонской ложи «П-2». Не скажу, что удалось найти, так сказать, «прямые доказательства» соучастия ложи «П-2» в итальянском «преступлении века», однако выявилось такое влияние «П-2» на всю политическую обстановку тех лет, такие связи масонов с американским ЦРУ и собственными секретными службами, такие контакты с профашистскими элементами и мафией, такая причастность масонов к крупнейшим скандалам последних лет, что ложу «П-2» можно с полным основанием считать одним из главных обвиняемых в нестабильности, которая столь характерна для послевоенной Италии, а более конкретно в таких преступлениях, как крах «Банко Амброзиано» и последующее убийство его главы Роберто Кальви, самоубийство (или убийство?) другого банкира — Микеле Синдоны, взрыв на вокзале Болоньи, когда погибло 85 человек и было ранено более двухсот.
Здесь не пойдет речь о корнях масонства и его оттенках, о таинствах обряда посвящения и т. п. Это будет, если угодно, карандашный набросок лица тайной масонской ложи «П-2», признанной ныне итальянским парламентом «неконституционной» и распущенной. Красочный же портрет, с проработкой всех деталей, страстей и пороков, выступающих на этом лице, еще предстоит нарисовать, но прежде придется преодолеть весьма трудное препятствие — приоткрыть завесу таинственности, которой на протяжении десятилетий с таким мастерством драпируют от посторонних глаз свои деяния масоны во всех частях света, в том числе и в Италии.
