Абрафо выпрямился и презрительно бросил:
– Убирайся или будешь следующим!
– Не трогай сестру!
– Сестру? С какой стати? Она такая же, как ее мать! Предательница и лгунья! Ты забыл?!
– Я все слышал! Это ты довел мать и позволил сбежать от тебя. Не от меня! Ты все это придумал, желая оправдаться передо мной.
– Убирайся, Артэр! Я позволил тебе уйти, так не совершай ошибки.
Мужчина лениво усмехнулся, а потом выдал рык и пошел на высшего триада, крепко сжимая в руке кинжал.
Тина с ужасом смотрела на борьбу отца и брата. Они рвали друг друга как звери. Но вдруг Абрафо выбил кинжал из рук Артэра и отбросил его на пол, рухнув на него. Прозвучал леденящий рык и отец начал высушивать сына.
Происходящая картина ужасала. Глянув на кинжал, Тина кое-как поднялась и схватила оружие. Она помнила, что высшего можно убить в момент кормления. Черная триада ползком добралась до отца и ударила в спину в область сердца, вскрикивая, когда ее откинуло в сторону.
Высший триад с бешенством в глазах смотрел на девушку, при этом пытаясь вырвать оружие из своей спины. Но когда не получилось, выдал возмущенный рык и пошел на нее.
Тина закричала и схватилась за ножку стола, пытаясь встать, когда вдруг услышала рык Магорова. Артур перекинулся в зверя и напал на высшего триада, безжалостно разрывая его грудь и горло. Схватка длилась всего несколько минут.
На секунду закрыв глаза, Тина истерично засмеялась и выдохнула:
– Прощай, отец. Тебя заждались… в аду.
Охватывая глазами небольшой участок земли, Тина уверенно кивнула. Именно здесь могила матери. Как только отправили высшего триада в морг, девушка поспешила в лес. Ей хотелось как можно быстрее освободить ее.
Следары, прибывшие на ферму, до сих пор проводили обыск в доме. И вероятно, будут до утра.
– Она стояла здесь… – проговорила Тина, осматриваясь по сторонам. Эвелин нигде не было.
Без разговоров Магоров принялся копать, не ожидая помощи, но следом к нему присоединился Артэр. Брат черной триады вытащил складную лопату и быстро начал откидывать землю.
Вглядываясь в лицо брата, Тина удивлялась ситуации. Она верила, что с ним не все потеряно. Он спас ее от убийцы, а она его. Возможно, они будут общаться.
Только все же переживала, что ярость и ненависть, которые привил отец сыну, так просто не искоренить. Он находил ему триад и отдавал на ужасную погибель. Разве можно доверять и любить такого?
Вероятно, она бы смогла, если бы появился хоть крошечный шанс того, что Артэр пожелает быть достойным оборотнем. Темная сторона сделала его убийцей, беспощадным хищником, пусть она помнила его спасителем.
Какое наказание ему грозит?
Девер была удивлена тому, что он не сбежал, да и когда предложила освободить мать, он молча кивнул и последовал за ними. В чудо Тина не верила, а вот в раскаяние и осознание – да.
– Что-то есть… – произнес Магоров и глянул на свою пару. Тина искала глазами мать, но ее все не было.
Почему? Неужели ушла? Девушка не могла поверить.
Банка в руках колыхнулась, привлекая внимание. Тина прикрыла ее шарфом, найденным в подсобке, и покачала головой. Неужели есть еще что-то, что не дает ей покоя?
Отчаянно желая увидеть, Тина прошептала:
– Мама, прошу… не прячься. Если останешься, то твоя душа станет черной. Ты будешь творить зло, как и отец.
В ответ ничего.
Заметив, как спина брата напряженно застыла, Тина поняла, что он что-то нашел. Приблизившись, девушка опустилась на колени, поставив банку на землю, и опустила руку вниз, накрывая ладонь брата. Он сжимал что-то.
– Что это? – спросила черная триада, отводя руку в сторону.
Пальцы разжались, показывая нечто, похожее на украшение. Тина боялась прикасаться к нему, отмечая, с каким диким взглядом смотрел на него брат. Он будто видел призрака.
– Он принадлежал тебе?
– Браслет, который я сделал для нее из серебра. Она всегда обещала ходить с ним.
– Ты думал, она бросила тебя?
Мужчина кивнул и вновь сжал браслет.
– Если бы я знал…
Ледяной ветер ударил по лицу. Тина подняла глаза и увидела мать, сжимающую пальцами правой руки браслет своего сына, находящийся на левой. В ее глазах стояли слезы. Она протянула его и повела головой.
Девушка накрыла ладонь брата своей рукой и прошептала:
– Она стоит позади тебя. На ее руке твой браслет.
Артэр обернулся и через долгую минуту хрипло произнес:
– Эвелин, прости за то, что не помог, не защитил и стал на сторону отца. Я поверил, что ты могла меня бросить и ожесточился. Я плохой сын, но… я постараюсь быть достойным… для себя, своей сестры и для тебя. Я буду защищать ее, чтобы твое сердце сжималось от счастья за нас двоих… там, где ты будешь, где есть свет. Прости меня, мама…
Секунда… и женщина оказалась рядом, опаляя ледяным ветром. Она смотрела на своих детей, а потом протянула руку и положила ее поверх двух ладоней.
Эвелин улыбалась, как и Тина, ощущая горячие слезы на своей щеке. Брат кивнул и вытер их, с волнением спрашивая:
– Она ведь рядом, да?
