Сосредоточенного и донельзя серьезного Ладислава, сидящего в наспех начерченной на земле пентаграмме, я заметила не сразу, а зря. Не успела я подлететь ближе, как некромант завершил ритуал, и в меня сразу же полетела искристая, многолучевая зеленая звезда, от которой я едва увернулась, упала на землю и больно приложилась плечом о валявшуюся под слоем палой листвы ветку.
– Ладик, разуй глаза, в своих палишь! – рявкнула я, поднимаясь на ноги и устремляясь к бледному, едва стоящему на ногах Ветру. Похоже, мальчишка с непривычки выложился до предела, задействовав все или почти все магические ресурсы, и сейчас с трудом удерживался ют того, чтобы не рухнуть в обморок. – Ветер, отставить панику, это я.
– Точно? – слабым голосом поинтересовался паренек, пытаясь вытащить меч из наспинных ножен, но тот застревал где-то на полдороге.
– Да точно, точно, – послышался из-за спины подозрительно бодрый голос некроманта. – Кому еще в голову пришло бы назвать меня детским прозвищем…
Где-то в лесу один за другим раздались несколько хлопков, послышался рев пламени и следом за ним – нестройный хор воющих голосов, которые, раз услышав, Уже невозможно перепутать с чем-то еще.
– Ветер, марш в дом! – Одной рукой я подтолкнула мальчишку по направлению к приоткрытой калитке, а другой уже удерживала свитое тугой пружиной ударное заклинание, которое активируется сразу же, как только я разожму пальцы. – Ладислав, если можешь помочь, то помогай, нет – проваливай следом и не путайся под ногами.
– Проваливать-то уже поздно, – покачал головой некромант, перебирая в воздухе пальцами и читая заклинание, отличающее от моих, напевных, так же, как боевой клич от творчества эльфийских менестрелей.
Заклятие Ладислава звучало резко, отрывисто, слова будто обрубались на конце, отчего казалось, что некромант постоянно запинается, но результат тем не менее был впечатляющий – когда из-за кустов на поляне показались Измененные, в них вихрем льдисто сверкающих лезвий полетела магия. Из пентаграммы Ладислава плеснуло зеленое пламя, затанцевало в воздухе резкими, кинжальными лепестками, сплетающимися над головой некроманта в нечто вроде клетки, прутья которой вдруг резко ушли в землю – и высвободившимися пиками пронзили изуродованных темным пламенем живых существ, уцелевших после предыдущего магического удара.
Я только восхищенно присвистнула, высвобождая туго свитую петлю собственного заклинания, которое прокатилось по поляне широкой огненной дугой, обращая корчащихся на земле тварей в обгорелые кости, когда пентаграмма Ладислава вдруг померкла, а затем и вовсе пропала, оставив после себя лишь красноватый рисунок на земле. Некромант охнул, прижимая ладони к вискам и даже не пытаясь остановить хлынувшую носом кровь, а я увидела, как из полыхнувшего в десятке шагов от меня столба темно-красного, почти черного пламени выходит человек.
Нет, не человек. Из огня соткались роскошные багровые крылья за спиной, по перьям которых изредка пробегали тусклые красные огоньки. Азраэл, опальный принц Андариона, у него я перехватила власть над страной буквально незадолго до его коронации.
Он сильно изменился с момента нашей последней встречи – когда-то красивое лицо обезобразили тонкие, почти незаметные шрамы, едва заметно светившиеся в утренних сумерках нездоровым багряным светом, карие глаза стали вишневыми, а спина как-то неестественно сгорбилась, будто он был не в состоянии выпрямиться. От Азраэла веяло жаром, как от кузнечного горна, и до меня дошло, что случилось.
Айранита сжигало изнутри темное пламя, сила, которая требует постоянной подпитки, и чем дольше ты этой силой пользуешься, тем быстрее она перегорает и без постоянного «прикладывания» к магическому источнику начинает безжалостно выжигать своего носителя изнутри. Похоже, что у опального принца этот процесс идет полным ходом и обратного пути уже нет. Непонятно только, почему Азраэл до сих пор сохраняет свой прежний облик – за столько времени он должен был давно преобразиться и стать похожим на тех существ, что выскользнули из портала следом за ним.
– Плоховато выглядите, вашество, – криво улыбнулась я, расправляя крылья, и сжала пальцы левой руки в кулак, выставляя перед собой едва заметный магический щит, которого хватило бы в лучшем случае на одно-два попадания смертоносного заклятия.
– Жизнь – штука тяжелая и редко кого красит. Впрочем, если поглядеть на тебя, то и не скажешь, что тебя едва не сожрала призрачная свита, хоть для этого и было сделано все возможное. – Бывший принц пожал плечами и лениво провел кончиками пальцев по одной из Измененных тварей, что наполовину боязливо, наполовину ласкаясь, прижалась к его ноге. – Видишь ли, я обзавелся новыми друзьями, которые мне более чем преданы, но мне этого мало.
