Да как она посмела вышвырнуть его не только из гостевого дома, но и с его собственной земли?! Он вообще не понимал, что только что произошло. Трей осознавал лишь, что сидел в боксерах в кабине грузовика и мчал со скоростью миллион километров в час в сторону своего жилища, а Кэлли в этот самый миг наверняка перетаскивала вещи в гостевой дом.
И что она имела в виду, сказав, что виски важнее семьи? Важнее родственников не было ничего. Она его не знала, даже не догадывалась, через что пришлось пройти его семье. По-видимому, о прошлом ей не было известно. Ведь не была же мать настолько наивна, чтоб делиться всей подноготной семейного горя с какой-то незнакомкой из интернета? Нет. Для подобных поступков она была чересчур умна.
Перед глазами вспыхнуло доверчивое лицо матери, и Трей крепче схватился за руль. Что она рассказала Кэлли? Кем Кэлли их считала? Что она думала о нем? В груди начало покалывать.
Кэлли должна уехать. Мать ясно дала понять: ей хотелось, чтоб Кэлли находилась на ферме, но он ни за что не позволит ей остаться. Ей удалось разбередить старые, давно затянувшиеся раны, и он не позволит этой чокнутой взять под контроль свою семью. Но как вынудить Кэлли уехать и при этом не огорчить мать еще больше?
Он должен отыскать другой способ. Каким-то образом нужно усложнить все для Кэлли до такой степени, чтоб она сама захотела уехать. Но идея должна принадлежать ей.
И тут его осенило: он ничего не знал о Кэлли, даже фамилию. Внутри поднялась паника. Он оставил ее на ферме с самыми любимыми в мире людьми и даже не знал ее фамилию.
Трей развернулся, припарковал грузовик как можно ближе к задней двери и понесся в дом.
— Да где же она? Куда я ее дел? — сам себя спрашивал Трей, перевернул корзину рядом с компьютером и принялся перебирать бумаги.
Он побежал в спальню и открыл ящик прикроватной тумбочки. Просматривал бумаги, что там держал, и надеялся, что искомая визитка затерялась среди моря игнорируемой почты.
Трей натянул чистые джинсы и футболку, после чего помчался в ванную почистить зубы. Открыв шкаф в коридоре, он переложил несколько вещей на полках. В глаза бросились фотографии Лорен и Алекс, и он их взял. Захлопнув дверцу, он вошел в столовую и провел рукой по волосам.
— Да куда я дел эту карточку?
И тут до него дошло… Все еще сжимая в руке фоторамки, он устремился в кухню.
Карточка была прикреплена к доске, именно там, куда мать ее повесила два года назад. Трей сорвал визитку и запихнул в карман.
Он осознал, что по-прежнему держал фотографии, зашагал обратно к шкафу и остановился возле полки, на которую обычно выставлял фото перед воскресными визитами матери.
Трей взглянул на улыбавшиеся лица и поставил снимки на полку.
Он взял мобильник и, особо не раздумывая, набрал номер. За всю жизнь он ни разу не звонил на работу. Никогда не брал отпуск, никогда не опаздывал и не уходил пораньше.
— Здравствуйте, мистер Гиббонс, это Трей О'Брайен, мне… мне нужно разобраться с кое-какими семейными делами. Мне нужен отпуск. Хотя бы на неделю, но если вдруг понадобится больше, я с вами свяжусь.
Обговорив с боссом детали, Трей засунул телефон в задний карман и прошел к двери. Усевшись на откидной борт, натянул носки и ботинки, которые швырнул в кузов, когда Кэлли его выгнала.
Свой дом он покинул так же быстро, как утром покидал ферму. Засыпал гравием то, что осталось от фонтана, который окружала деревянная клумба, сделанная вручную Евой О'Брайен. Раньше клумба резко выделялась на общем фоне, а теперь это был дом для высохших мертвых сорняков.
По пути на ферму Трей вытащил визитку. Шериф округа Уорт Джесс Дил был на несколько лет моложе отца, и О'Брайены всегда выступали в его поддержку.
— Окружной шериф Дил, — ответил он.
Свернув на подъездную дорожку семейной фермы, Трей улыбнулся.
— Шериф Дил, говорит Трей О'Брайен.
— Привет, Трей. Рад тебя слышать. Мама в порядке?
— Потому-то и звоню. Мне тут нужно кое с чем разобраться, и я подумал, вы поможете.
— Разумеется. Что я могу сделать?
Трей остановился возле амбара и, не вылезая из кабины, объяснил шерифу, что ему нужно. Он выпрыгнул из грузовика, улыбаясь во весь рот, и захватил пояс для инструментов.
На крыльце стояли Ева и Лорен, в глазах мелькнуло удивление.
— Утро доброе, дамы, — сказал он с притворным энтузиазмом.
— Привет, сынок. Что ты здесь делаешь? — поинтересовалась мать, как только Трей к ним приблизился.
Глядя на него с подозрением, на крыльцо вышла Кэлли.
— Еще раз доброе утро, чокнутая.
На секунду она замерла и обменялась с женщинами растерянными взглядами.
— Козел. — Склонив голову, Кэлли его разглядывала, словно это был такой пристойный вариант приветствия.
Ева нервно сглотнула, поочередно глядя то на Трея, то на Кэлли. Она явно хотела сделать обоим выговор за неуважение.
— Трей, дорогой, ты сегодня не работаешь?
Он покачал головой и улыбнулся.
— Нет. Я в отпуске.
Ева разинула рот.
— Прошу прощения, что ты сказал?
Энди вывернул из-за угла дома как раз в тот момент, когда Ева повторила слова Трея:
— В отпуске?