– Знаешь, я хочу сделать одну вещь, призывая в свидетели божество воздаяния Да Ки Нэ, хочу попросить прощения у всех мух, которым я в детстве оборвала крылышки, и всех жуков, которых я держала в батиной табакерке. Бедные насекомые! Теперь я точно знаю, каково это, быть на вашем месте. Клянусь своим хвостом никогда больше так не делать.
– Мы будем делать ставки на бойцов, – продолжил Скримджой, отсмеявшись после моей патетической речи и изображая на моей спине ровные строчки неведомых символов, – если ты выиграешь у меня, я не трогаю тебя больше. А если проиграешь, то станешь моим… десертом после вечеринки.
– Как вон тот, на шкафу? – мрачно проворчала я, мечтая только, чтобы он уже договорил и заткнулся.
– Еще не знаю. Как пойдет.
– Ага, охотно верю, что больного садиста может заинтересовать что-то еще…
Скримджой помолчал немного.
– Ну что ж, давай поговорим о боли, если тебе интересна эта тема.
– Мне?!
– Есть среди людей такие, – он просто не заметил восклицания, – которым нравится причинять другим боль, потому что они считают это чем-то запретным, а запретное возбуждает их. Еще вариант – таким людям не хватает власти над другими, но разница с дроу в том, что сами они
Спину снова защекотало, а по коже побежали мурашки.
– И все?
– Разочарована.
– Нет, я просто очень хочу спать.
– Собираешься уснуть в окровавленной одежде?
– Да.
– Нет, раз уж ты в моей кровати.
– Так верни меня в камеру, – привычно отмахнулась я.
Лозы вернулись, дернулись, раздирая тонкий шелк в клочья, и выбрасывая на пол. Я поудобнее примяла подушку, и потянула на себя покрывало.
Дроу все равно не ушел: улегся рядом, закинув руки за голову.
– Хочу рассказать тебе сказку на ночь.
– Боги, эльф! Я смогу от тебя сегодня избавиться?
– Если не захочешь слушать, скажешь, и я уйду.
Я снова демонстративно зевнула, укладываясь поудобнее.
– Это сказка о моем родном городе. Мар-Эр-Ораззог.
Сон сняло как рукой: я уставилась на него во все глаза, повернувшись на бок и подтягивая повыше темно-синее покрывало. Никогда не видела городов дроу, не знаю, как они устроены, даже книги на эту тему содержат только отрывочные и противоречивые описания. Мало кто из магов в юности избежал увлечения культурой и загадками темных эльфов, в историях о которых было больше художественного вымысла, чем правды, я не исключение. В славные денечки магической Академии Дайсара я библиотеку всю перерыла в поисках хоть чего-то достоверного – ноль, так что мне было любопытно, и Скримджой усмехнулся, заметив, что привлек мое внимание. Он смотрел куда-то в окно, и лицо его было удивительно спокойным и умиротворенным. На одну секунду мне снова показалось, что рядом – друг, кто-то, кому я полностью доверяю, будто бы он просто неудачно шутил весь день, претворяясь чудовищем, а теперь снял маску.
«Это эмпатия, – мрачно проговорил Шепот, – не вздумай повестись на нее».
«Я и не ведусь…»
«Да? – мое сознание затопил сарказм внутреннего голоса. – Тогда объясни-ка мне, почему ты лежишь у него на плече?»
«Я не… О, Бездна!»
«Он продолжает издеваться над нашим разумом, учти».
«Я в курсе».
«Завтра первым делом попытаемся найти ингредиенты для хоть какого-то защитного зелья».
– Ты хочешь рассказать что-то о себе? – уточнила я, пытаясь изо всех сил избавиться от наваждения. – Э-э-э… Добровольно?
– Мне очень понравился сегодняшний день, – улыбнулся дроу неожиданно мягко, прижимаясь щекой к моему лбу, – ты хорошо держишься. Я хочу сделать тебе приятное.
– Скримджой, у меня болят все ушибы, я страшно устала, мне кажется, что от всего произошедшего у меня взорвется голова, но мне очень интересно, правда.
– Ах, да, ты же немного ударилась… Так, сейчас мы исправим ситуацию, – подхватился темный эльф.
– Что? Не-е-ет, – откинулась я снова на подушки, – не надо ничего со мной больше делать. Пожалуйста… Только не сегодня!
