- Пока он придет, я пропущу самое интересное, - плаксиво запричитала соседка. - Вы же мужчина, сделайте что-нибудь! Ой…
Свет загорелся, помигал и снова потух. Раиса Зиновьевна взвыла от огорчения.
- Видите, это не пробки, - обрадовался Хромов. - Что-то на станции.
- Да, простите… А ко мне из милиции приходили, про вас расспрашивали. - Она расплылась в неискренней улыбке. - Я ничего не сказала.
- О чем?
Соседка с видом заговорщицы подмигнула ему и поспешила досматривать сериал, благо свет загорелся и больше не мигал.
«Странная женщина, - подумал Хромов. - Она «ничего не сказала»! Как будто я преступник, которого необходимо покрывать».
Он вернулся в гостиную и снова прилег. Сон оставил после себя неприятный осадок. Чтобы отвлечься, Валерий начал вспоминать поездку в Рыбное, Драгиных, их семейные неурядицы, замотанную домашней работой Настю. Хорошо, что у них с Яной не было детей!
Настроение, и без того неважное, окончательно испортилось. Зазвонил телефон, а Хромову не хотелось ни с кем разговаривать. Кто ему может звонить? Смирнов, адвокат или сотрудник милиции. Он поколебался, но трубку все же взял.
- К вам приходили? - спросил мужчина, который говорил с ним по поводу антикварных книг.
Валерий сразу узнал его голос.
- Кто? Что вы имеете в виду?
Мужчина коротко, неодобрительно засмеялся.
- Упорствуете? Напрасно. Есть предопределение… и с ним не потягаешься. В ваших интересах всячески способствовать нам.
«Они»! - вспыхнула в уме Хромова страшная догадка. - Но… кто ко мне приходил? Разве что Раиса Зиновьевна… Выходит, она с «ними» заодно? Может быть, это она убила Яну? Вовсе не из-за долга. А из-за чего же тогда?»
С каждым расследованием Ева открывала в себе новые качества, она начинала улавливать подтекст событий раньше, чем какие-либо факты наталкивали ее на парадоксальные догадки. Это и были следы, которые оставляет неуловимое глазом намерение. А за намерением всегда кто-то стоит.
Ева сидела с закрытыми глазами в вольтеровском кресле и размышляла. Ее окружали разложенные на полу и письменном столе книги, энциклопедии и справочники, листы бумаги с начерченными на них знаками, схемами, рисунками и фамилиями.
- Что мы имеем? - шептала Ева. - Во-первых, книгу «Египетский крест»… Следовательно, корни следует искать в древности. Во-вторых, Ра, - солнечное божество… и не только. В-третьих, магазин «Азор» и его название. В-четвертых, вышивки, любезно предоставленные нам господином Хромовым. Не зря же они появились в поле зрения? Далее… Старица, Рыбное, Волга, река…
Порой вездесущий «всезнайка» ум только мешает, его лучше отодвинуть на второй план и обратиться к подсознанию - тонкому, высшему резерву подсказок.
- Река! - с удовлетворением повторила Ева. - Река… Как же я сразу не додумалась?
Она зарылась в словари и справочники, затем взялась за вышивки, приговаривая:
- Где тут у нас речка? Вот она… и вот…
Ева раскраснелась, непослушные волосы выбились из прически, губы приоткрылись…
Смирнов неслышно подошел, залюбовался. Ева составляла смысл его жизни. Как он мог раньше не знать ее, не говорить с нею, не вдыхать ее запаха - свежести с горечью, присущей ранней листве? Его путь воина окончился, и он - одиночка по натуре - занялся охранной деятельностью, а потом нашел себя в частном сыске. Где-то в прошлом остались казармы, муштра, изнурительная и опасная служба, первые лейтенантские погоны, горные кишлаки, пыль чужих дорог, невыносимый зной, песок на зубах, первый бой и первая кровь. Где-то в прошлом осталась Жанна, его первая жена.
Теперь у него другая жизнь, другие ценности. В этой новой жизни он встретил Еву и пересмотрел суждения о мире, в котором им предстояло существовать рука об руку. Он открыл для себя то, о чем и не подозревал: дух игры и постижение истин. Узнавать окружающее и окружающих оказалось захватывающим приключением. Разве не интересно разгадать по незначительной детали сложную загадку, распутать клубок противоречий, проникнуться мыслями преступника и опередить его?
Расследование преступлений давало Смирнову возможность реализовать свой интеллект и получать удовольствие от работы. Чем сложнее задача, тем почетнее победа. Мастер не берется за простые дела и не состязается со слабым соперником, он творит! А творчество имеет целью наслаждение от процесса.
Всеслав не ожидал, что Ева станет достойным игроком в его головокружительных партиях. Она привнесла в них страсть, эффект парадокса и гениальные прозрения. Порой она была смешна и наивна, но ее умение игнорировать логику и срывать покровы давало иногда тот единственный шанс, который приносил выигрыш.
- Какая же ты красивая! - восхищенно выдохнул сыщик. - Даже бессонная ночь тебе к лицу.
- Славка! Выспался?
Он пришел домой рано утром, бледный от усталости, небритый, огорченный. Первым делом рассказал Еве о покушении на Стаса, кое-как принял душ и свалился.
