Слава вернулась спустя некоторое время, уложив старую ведьму на узкую кровать в соседней горнице. Росана уже начала резать овощи, и Слава, поспешно сполоснув руки в умывальнике, приблизилась к столу.
— Поруби, пожалуйста, свеклу и репу для похлебки, пока я с огурцами вожусь, — велела Росана.
Понятливо кивнув, Слава взяла репу и начала очищать ее от кожуры. Спустя некоторое время она сложила порезанные овощи в большую деревянную миску, чтобы потом заправить все квасом, как вдруг ощутила головокружение. На секунду ей подумалось, что запах красной свечи, стоящей прямо перед ней на столе, все же невозможно сладок, и в следующий миг она упала на пол без сознания.
Росана резко обернулась на звук и прищурилась. Она поспешно приблизилась к лежащей на полу Славе, недовольная тем, что свеча подействовала не сразу, а потребовалось почти четверть часа, чтобы аромат подействовал. Торопливо достав из кармана небольшой острый ножик, Росана обрезала небольшой локон с конца косы Славы и быстро сложила ее волосы в закрывающийся медальон, висевший на своей шее. Затем, присев на корточки перед неподвижной девушкой, Росана вперила взор в лицо бессознательной Славы и стремительно сделала ножом на ее брови мизерный надрез. Она знала, что бровь очень богата кровеносными сосудами. Оттого кровь Славы обагрила висок, и уже через мгновение Росана, достав из кармана еще один плотно закрывающийся медальон, подставила его к ранке и набрала немного крови девушки. Мгновенно закрыв, Росана убрала его.
Именно в этот миг послышались шаги в коридоре. Росана проворно сунула нож в карман и провела по брови Славы рукой, размазав кровь, после чего повернула голову девушки разрезанной бровью к полу.
— Что случилось? — выпалил Владимир, едва вошел и увидел на полу Славу, а над ней Росану. Он быстро приблизился к ним, а Росана уже чуть приподняла девушку.
— Упала в обморок, еще и головой о стол ударилась, — сказала взволнованно темноволосая красавица, играя роль.
Владимир стремительно поднял Славу на руки. Та пришла в себя, открыв глаза.
— Лапушка, как ты? — обеспокоенно спросил он.
Росана немедленно задула свечу, чтобы никто более не почувствовал запаха. Слава, приходя в себя, несколько раз моргнула.
— Ты на кровать ее положи, — велела Росана и, достав полотенце из сумы, намочила его в умывальнике. — Я лицо ей оботру.
Она уже приблизилась, когда Владимир, осторожно положив девушку на кровать, отошел в сторону и нахмурился.
— Притомилась она, видно, — произнесла она, присаживаясь на кровать и обтирая рану Славы полотенцем. В этот миг в ушах Росаны звенели слова старухи с темно-гранатовой аурой: «Ты должна бороться за свою любовь, Росана… Я научу тебя, как отвести в сторону соперницу и завоевать своего сокола…» Росана судорожно сглотнула, вновь вспомнив эти слова. Обратив сумрачный прищуренный взор на Славу, которая пыталась глубоко дышать, чтобы вновь не потерять сознание, она заметила: — Вроде лучше тебе, Слава?
— Да, — кивнула та и улыбнулась поочередно Владимиру и Росане.
— Ты полежи. Я сама ужин соберу, — велела Росана и быстро встала на ноги.
— Я помогу, — предложил Владимир. И, бросив обеспокоенный взор на Славу, заметил: — Ты отдохни пока, лапушка…
— Я поехал к царю, на аудиенцию, — произнес Владимир, целуя Славу в лоб. — Князь Меньшиков сказал, что государыня сможет принять тебя не ранее семи.
— Да, Росана передала мне, — кивнула девушка. — Ты, наверное, освободишься к тому времени.
— Я дождусь тебя на улице, лапушка.
— Хорошо, милый, — проворковала девушка, обвив шею молодого человека руками и сама целуя его в губы.
— Тот мужик вроде указал на этот дом, — кивнула Росана, когда они приблизились к неказистому особняку на окраине улицы, где остановился царь со своей супругой.
— Всегда знала, что государь Петр совсем не привередлив, — заметила Слава задумчиво, оглядывая неприметный двухэтажный деревянный домишко, — такой неприглядный дом все же.
Постучавшись, девушки вошли внутрь и ступили в темную переднюю. Слуга закрыл за ними дверь. Слава невольно взглянула на лысого лакея, который стоял позади. Она лишь успела отметить его жуткие белесые глаза, которые вызвали невольный испуг, как в следующий миг она без сил рухнула на пол, сраженная удушливой энергетической силой.
В приподнятом настроении Владимир вышел от государя. Разговор состоялся, и диалог с Петром Алексеевичем был весьма плодотворен, ибо самодержец с большим интересом выслушал доказательства Владимира о нелицеприятных действиях Ордена «Святого креста». И уже к концу беседы Петр Алексеевич заявил молодому человеку, что потребует от тайной канцелярии подробного разбирательства во всех происшествиях, о которых поведал ему Владимир, и, если все подтвердится, деятельность этого братства будет запрещена на территории Русского государства, а Орден и его жрецы — выдворены за пределы страны.
