Не теряя времени и рискуя переломать в рассветных сумерках ноги лошадям, беглецы направились через поле прочь от замка. Потом свернули на проселочную дорогу и направились к мосту, ведущему ко Внешним Вратам. Там, за ними, было несколько лиг Ничейной Земли – сплошь заболоченные луга, перелески и болота, где-то за которыми находился, спрятанный за точно такими же Вратами, Рубиновый Остров. Именно оттуда, с Ничейной Земли, из тамошних заболоченных низин и зарослей кустарника и приходили гоблины и тролли. Обычно Видящие волшебницы, которые жили на заставах у Врат, внимательно следили за тем, чтобы эти твари не пересекали границу и не тревожили местных жителей, но во время половодья, когда реки разливались, приграничные чары ослабевали – талая вода как бы смывала их – и путь ненадолго оказывался открыт. Едва паводок спадал, Видящие возобновляли защитные заклинания до следующего года.
Живущий в приграничье, лорд Рейдиар ничуть не удивился, когда собаки вдоль берега реки сразу устремились к мосту, возле которого стояли Врата. Только в этом месте и можно было спокойно покинуть Сапфировый Остров. Что ж, эти бродяги поступали умно – на своей земле их преследователь мог поступать с беглецами, как угодно. Но на других Островах Радужного Архипелага действовали другие законы. Артистов могли арестовать и наказать – но только за те преступления, которые они совершили на этой земле, а не где-либо еще. Более того – у гостя из-за границы могли быть неприятности, если бы он стал вершить там свое правосудие.
Но, подъезжая к небольшой воротной башенке, под которой и нужно было проехать, чтобы ступить на мост, Рейдиар заметил, что сюда же направляется еще один отряд. Оба были примерно равны по численности – по два десятка рыцарей – и оба спешили пройти первыми.
Приезжий кивнул оруженосцу, и тот вырвался вперед:
- Дорогу лорду Найлору!
- Лорду Найлору? – Рейдиар вздрогнул, услышав это имя. Он всмотрелся в герб, который был на попоне всадника, в щиты сопровождавших его конных рыцарей. – Еще один?
- Что значат ваши слова, сэр? – ощетинился Найлор. – Я – единственный наследник своего имени!
- Но вчера вечером некий Найлор Шёлковый Рыцарь появился в моем замке, чтобы… чтобы украсть у меня кое-что ценное!
- Это был самозванец, - гордо вздернул подбородок тот. – Я приехал издалека и очень спешу. Мне надо как можно скорее догнать и покарать моих врагов!
- Я тоже спешу, и мне тоже нужно успеть догнать моих врагов, - Рейдиар попытался проехать первым, но его соперник поторопился загородить ему дорогу. Оба отряда, предчувствуя схватку за право первыми миновать мост, мгновенно ощетинились оружием.
- Вы не представляете себе, какой долгий путь мне пришлось проделать, - сказал тот, кто назвался лордом Найлором. – Эти негодяи не только ограбили меня, но они осмелились убить рыцаря из моей дружины. Его раздетый до исподнего труп нашли в придорожных кустах пахари. Я должен отомстить за…
- Погодите! – воскликнул Рейдиар. – Вашего рыцаря убили…
- Ударом ножа в спину…
- И раздели до исподнего, забрав доспехи, верхнюю одежду и оружие?
- Да! Это сделали какие-то бродячие артисты…
- Артисты? – не поверил своим ушам Рейдиар.
Через несколько минут недоразумение разъяснилось, и два отряда, объединившись, поскакали ко Вратам. И тут их ждала первая удача – на заставе сказали, что глубокой ночью фургон с бродячими артистами покинул Сапфировый Остров и отправился через Ничейную Землю на соседний, Рубиновый. И что его сопровождал некий рыцарь, которого отрекомендовал его слуга, как Найлора Шёлкового.
Обычно гарнизон не пропускает никого с территории Острова посреди ночи – а вдруг это возвращаются с разведки лазутчики орков, которые только и ждут, как бы снова развязать многовековую войну? Это через Внутренние Врата можно ходить туда-сюда в любое время дня и ночи. Через Внешние пропускают только при свете солнца. Однако, присутствие рыцаря послужило отличным пропуском и позволило труппе беспрепятственно покинуть Сапфировый Остров.
Уже подъезжая к самому мосту, фургон замедлил ход. Дорога была каждая минута, и все удивились тому, что Даррен, сидевший на козлах, натянул вожжи, заставив лошадей перейти с рыси на шаг.
- Что? Что там случилось? – уставшие мужчины окружили повозку, хватаясь за борта и переводя дух. Им пришлось почти бежать последнюю лигу, все устали и радовались мимолетной передышке.
- Страшно, - признался фокусник. – А что, если нас задержат до утра?
Такое уже бывало несколько раз, и обычно артисты с пониманием относились к законам, соглашаясь провести ночь у самых ворот, но только не сегодня, когда на счету был каждый миг.
- Рискнем, - подумав, сказал мастер Боар.
Фургон вкатился на мост. Копыта коней загрохотали по настилу. Артисты невольно морщились при каждом резком звуке – им казалось, что стук и топот слышны не только на обоих берегах реки, но и в замке, до которого было не меньше лиги.
