Кабанов: Мы уже делали такое. Ну… Мы трое — Аня Лисицина, я, и Марк Апостолов. И другие наши сокурсники с Неведомого факультета. Мы создавали такое заклинание во время чаробольного матча — и тоже под контролем Марка. Тут колдовская конструкция была той-же — только количество энергии зашкаливало. Но и людей участвовало больше, так что у нас получилось. Плюс ситуация была… крайне мотивирующей.
Нечаев: Опишите момент нанесения удара.
Кабанов: Это было… тяжело. Энергия хлынула через нас, словно мы стали частями одного механизма. Мы выплели гигантское копье из чистой магической энергии…
Нечаев: [задумчиво] Интересно, что показания приборов фиксируют резкий скачок энергопотребления именно в тот момент. Продолжайте.
Кабанов: Мы направили всё это в единую точку — уязвимое место под челюстью «Годзиллы». Она как раз задрала голову перед очередной атакой…
Нечаев: То есть вы целенаправленно наносили удар в слабое место?
Кабанов: Да. Мы заметили, что эта область менее защищена во время её предыдущих атак. А прочие служащие Заставы, часть из которых подключилась к нашей атаке, отвлекала тварь. «Соколы», если быть более точным. После нашего удара защита твари оказалась разрушена, и коллективная атака колдунов Заставы, офицеров и практикантов смогла снести черепушку этой…
Нечаев: [закрывает папку] Достаточно, господин Кабанов. На этом пока всё. Ваша версия событий соответствует имеющимся данным. Запись допроса завершена.
Нечаев: Запись включена. Студентка Лисицина, прошу вас подробно описать действия Марка Апостолова во время боя с «Годзиллой».
Лисицина: После того как капитан Коршунов превратился в монстра, пробил защитные барьеры и на Заставу хлынул поток тварей, Марк сразу взял командование практикантами на себя. Он быстро оценил ситуацию и начал отдавать приказы.
Нечаев: И вам не показалось странным, что это сделал такой же практикант, как вы?
Лисицина: Нисколько. Марк руководил нашей командой по чароболу во время игр — хотя даже не являлся капитаном — и благодаря этому мы взяли кубок академии. Мы — неведомые — знали, что он умеет быстро и трезво оценивать ситуацию, отдавать чёткие распоряжения, а потому нисколько не сомневались в нём. Кроме того…
Нечаев: Кроме того — что?
Лисицина: Кроме того Марк умудрился в одиночку выжить в Урочище. Он провёл в центре аномальной зоны месяц — во временной аномалии. А потом девять дней добирался оттуда до Заставы. Плюс — он сталкивался с проклятым чернокнижником, и спас графа Салтыкова от покушения. К человеку, который способен выживать в экстремальных ситуациях и быстро на них реагировать, будешь прислушиваться волей-неволей.
Нечаев: Хорошо… Как именно Марк Апостолов организовал вашу группу?
Лисицина: Сначала он распределил роли — кому защищать, кому атаковать. Выстроил боевой порядок. Затем велел двигаться к месту прорыва, ещё до того, как мы получили приказ Атаманова. По пути он выбирал цели — группы монстров, которых мы могли убить, или группы солдат и магов, которым мы могли помочь. Марк очень точно определял слабые места у тварей Урочища.
Нечаев: Вы хотите сказать, что Апостолов мог предугадывать уязвимости монстров?
Лисицина: Нет, он ничего не предугадывал — просто знал, куда бить. Вы что, в уши долбитесь, господин следователь? Я же говорю — Марк провёл в Урочище больше месяца, по факту! И не просто в Урочище — в самом его центре! Там он сталкивался с таким количеством тварей, с каким иной Знаток или Инициатор с Заставы за десять лет не встречается! Он умный — и запоминал слабые места монстров. И уязвимое место под челюстью «Годзиллы» он видел ещё до того, как она полностью показалась из-за стены — потому что встречался и с ней. Правда… Ему пришлось бежать от неё там, в Урочище, разумеется. В одиночку с такой хренью разве что министр Иловайский справится.
Нечаев: [делает пометку] Примечательно… Когда вы добрались до пролома, как Апостолову удалось организовать коллективное колдовство?
Лисицина: Он выстроил нас полукругом и с помощью какого-то заклинания завязал наши энергетические потоки в единый узор.
Нечаев: Вы видели это заклинание?
