Еще вчера Вера была просто студенткой, не верящей ни в мистику, ни в богов...Теперь она — единственная, от кого зависит исход Войны богов — Властителя Тьмы Ширкута и Хранительницы Света Тамирайны.Долгие годы дремавший в обычной девушке дар контролировать Печать Тамирайны — камень, разграничивающий Свет и Тьму, — наконец пробудился... но пробудился поздно.Потому что Печать Тамирайны уже сломана — и вновь запечатать ее будет трудно и опасно!..
Все персонажи и события вымышлены, любое совпадение их с реальными людьми и событиями случайно и ничем не обусловлено.
Я — не ведьма. И имя у меня для ведьмы неподходящее — Вера. А фамилия — Цветкова. Да и откуда взяться ведьме на четвертом курсе филологического факультета провинциального университета? Разве что доведет до сдвига педагогическая практика в школе… А что, одна из моих сокурсниц после месяца учительства всерьез вознамерилась отыскать средство, превращающее детей в рыб — немых и спокойных.
С потусторонними силами определенно была связана моя прабабка (или прапрапрабабка). Об этом в совсем недалеком прошлом частенько шептались на кухне мама с тетей Ирой. Увы, в наследство от нашей родовой ведьмы мне не досталось ни магических способностей (а как кстати пришлась бы левитация при нынешних ценах на авиабилеты!), ни волшебных предметов, ни самого обычного домашнего беса в виде говорящего кота. От прабабки я унаследовала разве что скверный характер да странный сон…
И в этот раз, засыпая, я надеялась, что мне ничего не приснится. Но надежда растаяла в тот самый миг, когда я разглядела до отвращения знакомую мне картину: ночь, полная луна, низко висевшая над деревьями, узенькая тропка, ведущая к болоту, и мелькающие вокруг меня черные тени.
А в следующее мгновение я пробиралась сквозь хитросплетения еловых ветвей, рассчитывая, что мой преследователь не полезет в это гиблое место. Острые иглы царапали лицо и руки, прижимавшие к груди теплый комочек, завернутый в старую шаль. Ветки цеплялись за подол юбки, словно пытаясь удержать меня, заставить вернуться. Я упорно шла вперед.
В эту ночь, ночь июльского полнолуния, меня никто и ничто не сможет остановить. В эту ночь Владыка Бездны даст мне то, о чем я мечтала долгие годы. «Ведьма», — уже давно шептали мне вслед деревенские бабы. Они бы с радостью расправились со мной, как когда-то с моей матерью, обвиненной в колдовстве, но пока им нужна была моя помощь, я могла ничего не бояться. А уж после сегодняшней ночи я отомщу всем. И за все! Но это будет утром, а ночь еще только началась, и ее надо пережить.
В этот момент я вышла наконец из ее тела и наблюдала за ней со стороны. Наши личности разделились, но еще какое-то время мысли ведьмы читались отчетливо. Испепеляющая ненависть, жажда власти, желание отомстить победили в ней страх перед потерей души. В эту ночь она готова была заплатить любую цену, затребованную Повелителем Бездны. Если демон из камня не сумеет завладеть ее душой, то тогда котенок, мирно спавший у нее на груди, станет первой жертвой. А вторая будет человеческой. Так рассказывала ей в детстве мать.
Ельник кончился. Она вышла на заветную поляну и остановилась, пораженная открывшимся зрелищем. Июльская луна до неузнаваемости преобразила и полянку, заросшую клевером, и возвышавшийся в центре Алатырь-камень. Вокруг подножия камня плескался туман, сам же алтарь, облитый лунным светом, казался огромным слитком серебра. Лицо ведьмы прояснилось: она была в безопасности. Эту поляну издавна защищала вся нечисть местных лесов, и никто из православных не решился бы приблизиться к проклятому месту.
Женщина медленно развязала узелок, который принесла с собой, и, отложив в сторону котенка, взяла остро отточенный нож и кусок чистой белой тряпки. Следующий момент почему-то всегда виделся мне необыкновенно отчетливо. С ножом и тряпкой в руке она подошла к камню и опустилась перед ним на колени. Камень был едва ли в полметра высотой, на поверхности его поблескивали полустертые временем символы. Никто в деревне не помнил, с каких пор знали люди о существовании Камня. Он был всегда. И всегда под страхом смерти запрещалось даже приближаться к нему. Только древние предания рассказывали о жуткой участи человека, осмелившегося воззвать к Бездне. Но ведьма была убеждена, что сумеет справиться с порождением Тьмы, таящимся в Камне.
Благоговейный восторг отразился на ее лице, когда она расстелила тряпку на поверхности Камня, простерла над ней руку, провела лезвием ножа по ладони, и первые алые капли упали на белоснежную ткань. Камень, согретый живой кровью, наполнялся изнутри малиновым светом, а где-то в неизмеримых глубинах Бездны удивленно всколыхнулось сознание существа, уже давно потерявшего всякую надежду.
Окровавленная тряпка исчезла, и ведьма поняла, что Владыка Бездны откликнулся на ее зов. Она поспешно схватила котенка и положила его туда, где только что лежало ее первое приношение. Потом, обхватив Камень Руками, зажмурилась и изо всех сил взмолилась Повелителю Бездны, усилием воли расчищая для его посланца