— Извини, но это уж как-нибудь без меня, — ухмыльнулся Айвен и шумно втянул в ноздрю немного пыльцы, "позаимствованной" у Мэта. — Второе Я, можешь пожелать своему первому спокойной ночи!
"Каббров хитрец! Ладно, попробую покопаться в твоем подсознании. Может, удастся отыскать парочку страхов для чудесного ночного кошмара!"
— Пошел вон… — юноша сладко зевнул и улегся поудобнее…
…Остро и неприятно запахло паленым. Айвен непроизвольно глубоко вдохнул и закашлялся.
— Какого каббра… — он проснулся и открыл глаза. Новоприобретенное ночное зрение не подвело, и лицо криво ухмыляющегося Мэта выступило из предрассветных сумерек.
— Ну, как спалось? Не надумал в циркачи податься?
— Не дождешься. Все спят, или ты угнал повозку с медведями? Сколько я спал?
— Почти сутки. Давай выбирайся, пока звери не подняли шум.
— Хоть бы руку подал, нахал, — подражая женскому голосу пропищал вор.
Выбравшись из тайника, юноша осмотрелся. Циркачи разбили лагерь на поляне у дороги. Повозки с животными выставили кольцом, а внутрь загнали остальные телеги. Вполне разумно — если вдруг появится злоумышленник или хищник, то звери сразу поднимут шум.
— Где наши лошади? Надеюсь, ты их продал, или волки по дороге задрали?
— Кони, — поправил его геомант. — Я оставил их чуть западнее, в лесу. Ну что ж, добро пожаловать в Хеон, королевство магов и колдунов! Надолго мы здесь не задержимся, но массу впечатлений я тебе гарантирую.
— Да уж. А то в последние дни жизнь моя стала вдруг слишком пресной и скучной — скривился Айвен и зашагал в сторону дороги.
Поправив на лбу повязку, позволяющую ему видеть в темноте, Мэт загадочно улыбнулся и пошел следом…
"Наступи ему на ногу, что есть силы, и перечисли имена
трех последних королей. Если вместо слов ты начнешь
квакать, то это трансформаг. Если ты заорешь от
страха, увидав демона — демонолог. А если завопишь от
боли после удара Искры, Огненной Стрелы или Ледяного
Шипа, то перед тобой обычный стихийный чародей…"
"Сорок два способа отличить мага от обычного человека",
Способ двадцать шестой.
Автор неизвестен.
Собственно, никакой особой разницы не ощущалось — словно они по-прежнему были дома. Те же деревья, та же трава и пыльная дорога, те же огромные жужи, увязавшиеся за бодро скачущими харуками.
— Эй, Мэт, а мы точно находимся в Хеоне? — Айвен поравнял своего скакуна с конем чародея.
— А ты думаешь, застава просто так там стояла?
— Что-то я не вижу ничего необычного. Ни ковров-самолетов над головой, ни единорогов, пасущихся на опушке.
— Друг мой, это страна чародеев, а не сказок! Летающие ковры плетут и зачаровывают исключительно в Хешемском Халифате, и здесь они тоже большая редкость. Как, впрочем, и единороги. Которые давно уже все находятся или в специальных заповедных лесах, или в закрытых питомниках. Они слишком редки и слишком ценны, чтобы быть свободными.
— Я себе как-то все совершенно иначе представлял.
— Ну если уж тебе необычного захотелось, то как насчет фей? Они уже добрые десять миль на круп твоего Каббра облизываются.
— Где?! — юноша испуганно обернулся.
— Да вот же, следом летят четыре штуки.
— Не вижу никаких фей, только жужи и… — вор умолк на полуслове.
Только сейчас он рассмотрел, кто же на самом деле летел за ними, и кого он ошибочно принял за слепней — так называли кровососущих жуж крестьяне. На фей, которых юноша несколько раз видел на картинках, эти крылатые существа и близко не были похожи. Конечно, они действительно выглядели словно крохотные человечки, но до точеных женских фигурок, нарисованных в книгах, им было очень далеко. Широкие бедра, плоская грудь и огромный, раздувшийся живот вызывали какое угодно чувство, но только не симпатию и не умиление, как должны были делать феи, согласно убеждениям Айвена. И это даже если не принимать во внимание их широкие бугристые лица, больше похожие на обезьяньи мордочки. Зато крылья, фигурные и полупрозрачные, полностью соответствовали всем канонам изображения фей.
— Ты хочешь сказать, что вот ЭТО и есть феи? Но они же страшные! Какие-то толстопузые тети с обезьяньими мордами и крыльями фей!
— Это потницы, или потные феи. Они питаются потом крупного скота. Выглядят действительно несколько неприятно, но уж поверь мне на слово — есть и пострашнее. Впрочем, красотки среди них тоже встречаются. На данный момент известно около семи десятков различных видов этих созданий. Самая крохотная из них — муравьиная фея. Она больше смахивает на насекомое и настолько мала, что с легкостью притворяется муравьиной королевой и таким образом, убивая настоящую, занимает ее место и зимует в муравейнике. Ну, а самая крупная, это ухожорка. Она ростом примерно по колено человеку и крылья у нее почти не развиты. Передвигается огромными прыжками.
— И за кем она ухаживает?
— Ни за кем. Просто эти феи питаются хрящами и разлагающимися костями. Могут даже спящему человеку уши обглодать, а он и не почувствует.
— Бррр, мерзость какая… У меня прямо мурашки по коже, — вздрогнул вор.
