В ходе двухлетнего уголовного расследования в Италии не удалось установить личность Финеаса Фишера или возложить ответственность за взлом на кого-либо из конкурентов или врагов Винченцетти. Однако следователи оправдали бывших сотрудников Hacking Team в совершении каких-либо преступлений и выяснили, что наиболее вероятной причиной проникновения хакера в сеть компании был устаревший брандмауэр и система виртуальной частной сети. Несколько бывших сотрудников Hacking Team рассказали следователям, что старое программное обеспечение все еще находилось в системе, потому что один человек все еще использовал его — Дэвид Винченцетти. "Буквально", — сказал один из них, — "потому что он не мог потрудиться установить обновление программного обеспечения".
Финеас Фишер сделал собственное заявление после того, как стало известно, что итальянские власти прекращают расследование. "Возможно, теперь у прокуроров появится время для расследования различных преступлений, совершенных Hacking Team", — сказал он. "Но я не питаю никаких иллюзий по поводу того, что прокуроры будут расследовать все это".
Ставший легендарным хакер уже опубликовал вместе со своим руководством своего рода манифест, в котором напомнил своим попутчикам по технологиям, что именно они являются лучшими защитниками от кибервзломов. "Есть много хакеров лучше меня, — писал Финеас Фишер, — но они злоупотребляют своими талантами, работая на "оборонных" подрядчиков, на спецслужбы, на защиту банков и корпораций, на защиту статус-кво". Хакерская культура родилась в США как контркультура, но это происхождение сохранилось только в ее эстетике — все остальное было ассимилировано. По крайней мере, они могут носить футболки, красить волосы в синий цвет, использовать свои хакерские имена и чувствовать себя бунтарями, работая на человека.
"Раньше нужно было пробираться в офисы, чтобы слить документы. Чтобы ограбить банк, нужен был пистолет. Теперь вы можете сделать и то, и другое, лежа в постели с ноутбуком в руках…. Хакерство — мощный инструмент, давайте учиться и бороться!"
Главными бенефициарами утечки информации из Hacking Team, к огорчению Финеаса Фишера, оказались не правозащитники, не политические диссиденты и не журналисты, работающие в репрессивных режимах. Горстка чиновников ООН и неправительственных организаций выступила со шквалом призывов к регулированию индустрии киберслежки, но это были лишь разговоры. Настоящим золотом в утечке данных был удобный список потенциальных клиентов — например, Египта, Эфиопии, Бахрейна, Казахстана, Вьетнама, Судана и Саудовской Аравии — клиентов, которым по-прежнему нужны инструменты киберслежки и которые, возможно, захотят купить их у компании, которая сама не является легкой добычей для киберзлоумышленников. "Вы можете посмотреть все электронные письма Hacking Team со списком их клиентов прямо в Интернете, верно?" — говорит израильский инженер-программист, работавший в то время в сфере кибербезопасности. "И я думаю, что NSO была большим победителем. Она устранила конкурентов".
Лишь немногие люди видели, как работает система "Пегас" в Мексике. Еще меньше тех, кто работал за пультами и по-настоящему ощутил возможности развивающегося инструмента киберслежения NSO. Операторы, в частности, стесняются рассказывать об этом опыте. Их опасения двояки: они подписали соглашение о неразглашении, прежде чем пойти работать в правительственные или военные агентства; и они, как правило, знают секреты о наркоманах, похитителях, коррумпированной полиции и продажных политиках, которые очень хотят, чтобы эти секреты остались в тайне. В Мексике есть веские причины не высовываться. Поэтому, когда мы наконец уговорили одного из пилотов операционного терминала "Пегаса" поговорить, он сделал это с определенными условиями. Хосе, так мы будем его называть, не разрешил нам использовать его имя и даже не назвал своего настоящего имени. Он назвал нам агентство, в котором работает, но попросил не называть его и не разглашать, в каком именно отделе он работает, а также не стал раскрывать местоположение объекта, где размещалась система Pegasus. Но он рассказал нам свою историю.