Когда Палома де Динечин спросила его, сохранился ли у него мобильный телефон, которым он пользовался весной 2016 года, четырьмя годами ранее, Хорхе Карраско был несколько озадачен. Это был октябрь 2020 года, и Палома находилась в Мексике на заключительных этапах проекта "Картель", который сейчас мчится к финишу. Большую часть субботы она с небольшой съемочной группой провела за интервью с Хорхе, чтобы связать концы с концами в деле об убийстве его коллеги по Proceso Регины Мартинес и его последствиях. Но в тот день у Паломы было еще одно задание — убедить Хорхе согласиться на анализ его телефона на предмет возможного заражения шпионским ПО.
Мы с Лораном и Паломой долго обсуждали с Паломой, как именно обратиться к Хорхе. Мы хотели рассказать ему как можно больше, не разглашая того факта, что у нас есть доступ к огромному количеству утечки данных о NSO и Pegasus.
Палома заговорила об этом с Хорхе только в конце дня, когда интервью было уже готово. Она была максимально откровенна, объяснив, что "Запретные истории" заинтересованы в изучении содержимого его старого телефона с помощью нового криминалистического инструмента, который разработали два эксперта из лаборатории безопасности Amnesty International. Хорхе предположил, что это часть репортажа о проекте "Картель", но отсутствие конкретной информации от Паломы только усиливало его растущее чувство разочарования и растущее ощущение, что его оставляют в неведении относительно важных аспектов расследования, в котором он был ключевым партнером. Несколькими месяцами ранее, как только мы впервые узнали, что его телефон мог быть заражен "Пегасом", мы попросили Хорхе отстраниться от участия в работе группы "Сигнал", занимающейся проектом "Картель". С тех пор мы общались с ним почти исключительно через одного из репортеров, работавших на него в Proceso. "Я помню, как разговаривал с Сандрин, чтобы попросить о дополнительном обмене", — позже объяснил Хорхе. "Меня поразило то, что общение между нами сократилось".
Хорхе Карраско — очень способный журналист и очень проницательный человек. В течение двадцати лет он занимался освещением вопросов, которые вызывали недоумение у частных предприятий и государственных учреждений Мексики: дела наркоторговцев, а также различных полицейских, военных и разведывательных служб. Он проделал значительную работу по расследованию утечки информации от Hacking Team в 2015 году и использования шпионского ПО RCS в своей стране. В 2017 году он и его коллеги-репортеры и редакторы в Proceso также написали репортажи после того, как Citizen Lab обнаружила доказательства того, что Pegasus использовался для атаки на Кармен Аристеги и других мексиканских журналистов, а также на сторонников налога на газировку, введенного правительством Мексики, и даже на адвокатов, представлявших родителей сорока трех студентов, пропавших в Герреро. Хорхе уже много лет задавался вопросом, не стал ли и он объектом киберслежки. У него сохранился старый телефон, но, увы, как он сказал Паломе, когда она спросила его в ту субботу в октябре 2020 года, он не мог вспомнить PIN-код.
Мексика в то время представляла для Паломы ряд трудностей: для двадцатитрехлетнего репортера эта страна была непростым местом для обучения профессии. Ей удалось сохранить свою обезоруживающую привычку улыбаться в конце каждого своего заявления и каждого заданного вопроса, что оказалось очень эффективным средством, чтобы расположить людей к себе. Но в Мексике очаровательной манеры не всегда было достаточно. Палома провела несколько дней в Веракрусе, знакомясь с ближайшими друзьями Регины Мартинес, но ни один из них не захотел рассказать о ее нераскрытой смерти. Им было неважно, что дело давно закрыто, ему уже более семи лет; призраки Веракруса держатся рядом и, кажется, всегда присутствуют. После нескольких дней, проведенных в городе, антенны Паломы стали более чувствительными, чем обычно. Она звонила на в наш офис в Париже, чтобы сообщить нам о каждом дне пребывания в Мексике, и ее звонки из Веракруса могли вызывать беспокойство. Я помню ее звонок в тот день, когда она посетила улицу, где жила и умерла Регина Мартинес. Она сказала нам, что у Паломы было плохое предчувствие, как будто по этой улице дул недобрый ветер. Она также начала чувствовать, что некоторым людям в этом районе нельзя доверять. Один из ее лучших источников был так расстроен, что заставил ее сесть в такси и поехать в другое место — "Давай уедем отсюда, черт возьми", — сказал он ей, — где они могли бы спокойно поговорить.