Мясо, по словам его товарищей, необычайно удалось. Покрытое странной душистой корочкой, оно было как никогда прожаренным и сочным.
– Что это вообще? – спросил один из вояк, снимая эту самую корочку.
– Жир с травами. Праздник же, – испуганно отвечал работяга, вжимая голову в плечи.
«Трусливые твари», – думал Дерл, а его товарищ смеялся, прогоняя труса прочь.
– Вали отсюда и тащи сюда еще больше бухла! – заявлял он и зачем-то бил работягу по заднице, заставляя того буквально вприпрыжку выскакивать за дверь.
Вкус корки его устроил. Травы там действительно были и это добавляло мясу аромата, что делало его идеальной закуской к праздничной выпивке. Только дам не хватало. Часть самок куда-то просто исчезла.
– И где они? – спросил Дерл у своей брюнетки-фаворитки.
– Ушли куда-то, прячутся, – ответил брюнет, а на ухо нашептал Дерлу то, что успел разузнать: – Сюда приходил Виту. Он сказал, что выбирать надо сейчас, и кто пойдет на праздник к тебе – умрет. Он сказал, что не потерпит блядей в своем клане – сука, правда?
– Еще какая, – хмыкнул Дерл. – Скажешь мне потом, кто ушел. Я их всех прирежу за измену.
Дерлу это казалось смешным и нелепым, но ни есть, ни пить он просто не мог. Чтобы не привлекать к этому внимание, он отрывал мясо и кормил им брюнета, посмеиваясь от того, как тот ловил его зубами и облизывался.
– Моя ж ты хорошенькая шлюшка, – смеялся он и дергался от мысли, что перестал воспринимать Виту точно так же, а ведь еще несколько месяцев назад Виту сидел на этом же диване возле Вожака, ел с его рук и облизывал его пальцы так, что вставало у всех воинов.
– Только я вам его не дам. Он мой, – заявлял прежний Вожак и смеялся, а Дерл скрипел зубами. Он давно хотел добраться до лучшей шлюхи Логова, а теперь хотел заполучить хотя бы то, что от нее осталось.
«Шрам на лице и стриженые волосы едва ли испортили его задницу», – думал Дерл, до боли хватая свою даму за ягодицы.
Он представлял, как мог бы разбить Виту лицо, поставить его раком и трахнуть, пока тот будет плеваться кровью на камни. Такой расклад ему казался идеальным, но от него тошнило еще больше. Это казалось слишком нереальным.
– Мы самый сильный клан! – заявил он в итоге, схватив свой бокал, ну или кубок для большего пафоса, и осушил его разом, так ничего и не съев.
Его заявление поддержали радостными воплями другие Волки.
На вахте никого не было. На вышку отправили одного старика, способного еще что-то видеть, хотя в существование врага уже никто не верил. Ни Демонов, ни Ястребов, по мнению Дерла, уже не существовало, и только непонятная хрень, напавшая на лагерь Демонов, могла быть страшна, ну или ЗАП, если они действительно сюда явятся.
О последнем Дерл даже думать не хотел. Когда один из Волков заикнулся, он браво рассмеялся.
– Если сюда явится армия, мы покажем этим цивилизованным сосункам, что такое настоящий ад! – заявил он.
Ему верили, но он понимал, что против ЗАП они ничего не смогут. Вооруженная бластерами армия в полном обмундировании с киборгами в командном составе просто снесет их, не заметив, но признаваться в этом он не хотел.
«Если у этих есть бластер, может быть броня, – думал Дерл. – Сегодня я убью Виту, потом остальных. Ссыкло очкастое я возьму в плен и пусть управляет космическим корытом по моему приказу, главное покинуть эту планету без Демонов и им подобных, но сначала надо убить Виту!»
– Они поставили корабль на шасси, – сообщил работяга Волк, робко заглянув в зал. – Там все готово к взлету.
– Отлично! – воскликнул Дерл, отталкивая от себя брюнета. – Покончим с формальностями и продолжим пир на корабле. За мою победу непременно надо выпить!
Он схватил с полки кастет с шипами, проверил нож на поясе, а про пистолет будто бы забыл, прикрывая его майкой.
Таймер на одном из компьютеров в ангаре показывал тридцать минут и время продолжало утекать, отсчитывая минуты до предполагаемого начала действия яда.
– Может подождать еще немного, чтобы он сдох и драться было не нужно? – уточнил Ирон очень тихо, видя, как Виту задумчиво крутит в руках нож.
– Нет, пусть придет и сдохнет у меня на глазах. Не хочу, чтобы он обосрал в предсмертных судорогах диван. Он нам еще пригодится, – отвечал на это Виту.
– Может, возьмешь еще что-то кроме этого ножа? – не унимался Ирон.
– Нет, только он, – уверенно отвечал Виту, перехватывая нож и шагая в главный зал.
Руки у него не дрожали. Тошнота отступила, а разум понимал, что никакое другое оружие ему не нужно. Нож, оборвавший жизнь единственного человека, которого он любил, сможет решить и судьбу его врага, ну или его собственную, как уж повезет с этими последними тридцатью минутами.
Он поднимал глаза на сияющую над головой лампу и просто слушал, зная, что бой начнется без предупреждения, потому что честно два человека в волчьих шкурах не грызут друг другу глотки. Никогда.
– Там камера, – напомнил Дориан, когда Шеф коснулся дверной ручки.
Это напоминание вызвало замешательство. Вильхар на всякий случай осмотрелся, Ярван хмыкнул, а Кирк поправил на плече автомат, и только Шеф спросил:
