Вот сейчас перед ним и открылось зрелище, которое вождь катиаров совершено не ожидал. Посреди степи стоял город. Настоящий город, окружённый крепостной стеной.
Хотя Таксарис уже немало слышал об этом начинании Атея, поверил в него лишь только тогда, когда увидел собственными глазами. От неожиданности он даже остановился, вглядываясь вдаль. Видно было, что строительство ещё продолжалось, стены ещё не были выведены до своей настоящей длины, крепостные ворота не закончены. Но уже было понятно, что скоро город Атея будет представлять внушительную силу.
Чего же было теперь ожидать племенам, подвластным народу царских скифов? Ближайшее будущее вырисовывалось перед Таксарисом вполне отчётливо. Об этом он думал, въезжая в город царских скифов.
Чтобы не было на уме у самого Атея, он радушно встретил гостей. Ведь пришло время решить спор, заключённый на новогоднем празднике.
Посмотреть на это собралось всё население новорожденного города. Народу было любопытно поглядеть, кто же выиграет в споре царей.
Собралось и всё окружение царя всех скифов. Верховный жрец переминался за спиной у Атея, переживая, что не он будет главным в этом действе. Никто не сводил глаз с царей, и Борака, который стоял рядом с ними.
- Вот удивительная драгоценность, которую сделали мои мастера! Я выполнил условия нашего спора! – С этими словами Атей протянул ему золотую гривну. – Я дарю её тебе. Посмотри, признаёшь ли ты, что это действительно потрясающая работа?
Таксарис наклонился, рассматривая гривну. Сейчас вся свита пыталась заглянуть ему через плечо, едва не толкая своего вождя. Подарок Атея был дорог даже для царя. Гривна была действительно прекрасной драгоценностью. Таксарису оставалось лишь признать это вслух.
- Отлично! – Воскликнул верховный жрец, который протиснулся к ним. – Поглядите, какая тонкая работа! Здесь изображено всё, во что завещали нам верить предки! Внизу – подземный мир, царство мёртвых. Посередине – земля, вся в цветах. А наверху – высший мир, в котором вместе с богами пребывают первые цари скифов! Это замечательно! Видите, как правильны наши священные обычаи!
Все ждали от Таксариса только одного ответа. Сам же Таксарис вспомнил о событиях далёкого прошлого. Пренебрежение родными обычаями дорого обходилось скифским царям. Двое лишилось жизни из-за отступничества от родной веры. Хотя это был всего лишь предлог избавиться от соперников, но в борьбе за власть не щадили даже родных братьев. Скажи сейчас Таксарис, что не согласен, что не признаёт изображение скифских обычаев самой замечательной драгоценностью, возможно, и он бы повторил судьбу казнённых царей.
Оставалось соглашаться, да ещё и следовало выторговать большую долю добычи от предстоящего похода. Тем более, что сама замечательная гривна становилась его собственностью. Потому Таксарис и сказал:
- Я признаю победу Атея, царя всех скифов! Солнце свидетель, что эта гривна – самая прекрасная драгоценность! Наш народ поддержит Атея в будущей войне!
Радостно встретили его слова собравшиеся здесь скифы. Невесело было на душе лишь у самого Атея. Да, всё начинало складываться по его замыслам. Катиары согласились с ним, теперь можно начинать подготовку к большому походу.
Но, человек не может быть полностью счастлив, всегда найдётся мечта, которой не суждено осуществиться. Теперь Атей думал только о Зарине. После заключения союза, увести жену у Таксариса он никак не мог. Народ бы не стерпел такого чудовищного оскорбления и нарушения обычаев гостеприимства. Зарина оставалась под властью своего мужа.
Потому Атей бесцельно разглядывал окружающих людей, пока его взгляд не остановился на Таксарисе.
Вождь катиаров выглядел сейчас ещё хуже, чем три месяца назад. Теперь уже никто не сомневался, что перед ним больной человек. Он похудел, кожа его была желтушного цвета. А когда Таксарис прошёл несколько шагов, то начал часто хватать ртом воздух.
Атей поразился своей не наблюдательности. Как же он мог не понять, что значат звери в нижнем ярусе гривны. Борак догадался об этом раньше своего царя. Это были символы смерти, которые ещё три месяца назад прочитал мастер в глазах Таксариса.
Мозолевский и Женя аккуратно извлекли из земли загадочную находку. Комки глины прилипли к благородному металлу, в первые минуты они не могли поверить в то, что перед ними не несколько золотых предметов, а только один. Но, едва с него осыпалась грязь, как археологи поняли, что держат в руках драгоценность, действительно невиданную.
- Вот это действительно что-то большое и блестящее. – Сказал Женя.
- Да. – Ответил ему Мозолевский.
Они молча разглядывали драгоценность, извлечённую из могилы неизвестного скифского вождя. Словно и не было прошедших двух с половиной тысяч лет, перед ними открывалась жизнь давно исчезнувшего народа.
В верхнем ярусе были изображены сцены быта – в центре фигуры двух мужчин, держащих в руках овечью шкуру. По краям – коровы, овцы, лошади – домашний скот скифских кочевников.
