Я достал телефон и набрал номер Дэвида Уорена, шефа полиции. Сегодня ему было суждено погибнуть. На его место назначат Джима Харта.
Занято. Я набрал еще раз. Сеть перегружена. Наконец после третьей попытки я услышал гудки. Уорен поднял трубку после пятого.
– Что это? – спросил я.
– Не знаю, – Уорен тяжело дышал, – Нас собирают на какое-то экстренное совещание. Не могу гово…
Связь прервалась. Все вокруг сотряс новый громкий звук – низкий, будто кто-то трубил в гигантский рог. Люди замерли, повернулись на звук и посмотрели в небо.
На фоне серых туч начали появляться черные пятна. Все новые и новые. Пятна увеличивались, приближаясь.
Меня сковал первобытный страх. Я не мог пошевелиться и только смотрел на все пребывающие… Космические корабли?
Что за чушь?
Это были гигантские круглые черные летательные аппараты. Они, словно сойдя с экрана кинотеатра, мерцали всеми цветами радуги, издавая ни на что не похожий звук. Вдруг к этому звуку добавился свист, и я увидел два тонких белых следа, расчертивших небо. Ракеты. Они попали точно в цель, подбив два черных корабля. Полыхнув огнем, они стали падать. Падать прямо на нас.
Оцепенение стало спадать. Люди принялись кричать. Я повернулся и увидел, что все побежали в разные стороны. Не отдавая себе отчет в том, что я делаю, я схватил Анжелу за руку и тоже побежал. Мы устремились вверх по двадцать шестой в сторону Парка ветеранов. Нам удалось преодолеть пару сотен метров, прежде чем земля под ногами содрогнулась, а затем еще раз, сильнее. Это упали сбитые корабли, понял я. Сзади нас лавиной накрыла туча черного дыма. Мы чуть не упали, но умудрились устоять и продолжить движение. Я не видел, куда бегу. Легкие заполнились дымом, дыхание тут же сбилось.
Я наткнулся на спину какого-то человека, потом еще на одну. Смесь громких звуков продолжала разрывать барабанные перепонки. Наконец дым стал рассеиваться, и я снова увидел здания и бегущих в панике людей.
Вдруг вспыхнул зеленый свет. Вспышка сопровождалась громким резким звуком. Боковым зрением я увидел, как зеленый луч угодил в девушку, бегущую по тротуару метрах в двадцати от нас, и та мгновенно испарилась.
– Боже! – крикнула Анжела.
Я повернул на другую улицу, увлекая ее за собой. Мерцали все новые зеленые вспышки.
Перед нами бежал мужчина. Он споткнулся и упал на асфальт. Я хотел помочь ему подняться, но тут в него угодил зеленый луч.
Тело мужчины потеряло свои очертания. Оно будто расплавилось, превратившись в кашу из костей и внутренних органов. На асфальте осталась лужа бесформенной массы. Я, не сбавляя хода, перепрыгнул через нее.
Все вокруг громыхало и рушилось. Люди истошно орали, плавясь в зеленом свете.
– Майк, – выдохнула Анжела, – Майк, я…
Зеленая вспышка. Рука, за которую я тащил за собой Анжелу, ослабла. Я посмотрел направо. Анжелы больше не было. Ее тело превратилось в расплавленную массу.
Все, кроме ее левой руки. Она по-прежнему была зажата в моей правой, но теперь чуть ниже локтя заканчивалась ничем.
Мои пальцы разжались, и рука Анжелы упала на асфальт. Я набрал полную грудь воздуха с примесью пыли и пепла и закричал так громко, как мог.
Мой крик разбудил меня. Я тяжело дышал. За окном бушевала гроза. Мокрая от пота простынь прилипала к спине.
Я обхватил голову руками и застонал. Этот сон снился мне вот уже двенадцать лет. Но каждый раз он пугал меня до смерти. Как и тогда, когда это случилось со мной наяву.
Я еще долго лежал, тяжело дыша, прежде чем снова уснуть.
Проснувшись, я долго не мог оторвать потяжелевшую голову от подушки. Ощущения были такие, будто я не спал вовсе, хотя нейроинтерфейс подсказывал, что уже половина одиннадцатого утра.
Я опустил босые ноги на холодный пол, взял в руки телефон и набрал номер Джима.
– Я перезвоню, – буркнул он.
Что ж, будем надеяться, он занят выбиванием ордера на арест Брина.
Зайдя в ванную, я встал под струи обжигающе-ледяной воды. Боль в конечностях начала отступать, голова прояснилась, окончательно освобождаясь от остатков дурного сна.
Холодильник был абсолютно пуст. Аппетита не было, к горлу подкатывала тошнота. Я включил кофемашину, налил полную чашку крепкого напитка и выпил все залпом. Найдя в шкафу чистую рубашку, я оделся, закурил и вышел на улицу.
Когда моя машина остановилась около городского морга, на часах было одиннадцать утра. Я планировал осмотреть тела обеих девушек. Что именно я хотел обнаружить, я не знал.
Я выключил двигатель, но выходить под моросящий дождь не стал. Мне нужно было обдумать одну мысль, которая засела в моей голове со вчерашнего вечера.
Практически все, с кем я общался, говорили, что Джулия очень изменилась после вторжения. Ее мать и вовсе прямым текстом сказала, что дочь будто подменили. «Эта новая Джулия – уже не моя дочь. Это словно другой человек», – сказала миссис Лойд.
Так что, если… Если это правда?
Что, если двойник – не та девушка, которую нашли в переулке. Что, если двойник – та Джулия Лойд, которую все знают последние двенадцать лет.
Абсурд? Само собой…
Да только эта идея словно заноза впилась мне прямо в мозг.
