К ужину Клаус Бауман закончил читать докторскую диссертацию профессора Хенгеля Тонвенгера. В предисловии в исторической перспективе рассматривалось, насколько важное значение имела борьба, которую вела нацистская партия в крупных городах, в том числе в Лейпциге, но особенно в Берлине, для полного захвата власти в Германии. Она началась с тех диспутов, которые Гитлер вел в мюнхенских пивных в 1919 году, и закончилась 30 января 1933 года, когда он триумфальным факельным маршем вошел в Берлин через Бранденбургские ворота. Несколько черно-белых фотографий на первых страницах иллюстрировали «шествие тысяч солдат во главе с частями СС в парадной форме, чьи сапоги оглушительно стучали по асфальту, сопровождаемое восторженными криками толпы, которая приветствовала их поднятой вперед и вверх правой рукой».
В следующих главах профессор Тонвенгер анализировал финансирование национал-социалистической партии, полученное ими в Лейпциге от крупных городских меценатов, и то, как быстро СС взяли город под свой контроль, отправив в тюрьму своих оппонентов. «Улицы Лейпцига оказались во власти насилия, в каждом подвале кого-то пытали, безнаказанные убийства считались похвальными актами патриотизма и гражданского мужества. СС преследовали и заставляли молчать интеллектуалов, писателей, музыкантов, артистов, политических и профсоюзных лидеров. Террор окутал город, как темная тень апокалипсиса…»
Так начиналась нацистская диктатура в Лейпциге в марте-апреле 1933 года. В то же время началось преследование евреев, большинство которых жили в районе Брюль, а в Берлине студенты-фашисты сжигали перед зданием университета книги, считавшиеся опасными для национал-социалистического режима.
Следующие главы профессор посвятил исследованию нацистской диктатуры с 1933 по сентябрь 1939 года, когда немецкие войска вторглись в Польшу.
Затем профессор Тонвенгер излагал уже знакомую Клаусу Бауману теорию о том, насколько важную роль играл рейхс-фюрер СС Генрих Гиммлер в создании тайных отрядов СС в лоне самой нацистской партии: «Психопатический оккультный бред Генриха Гиммлера стал идейным фундаментом основанного им в 1934 году в замке Вевельсбург (Северный Рейн-Вестфалия) идеологического центра СС, созданного для эзотерического и археологического изучения вопросов чистоты арийской расы. Замок стал местом подготовки и собраний лидеров СС. В его священной крипте проходили обряды посвящения и номинации кандидатов в члены элитного Черного ордена, Великим магистром которого был Генрих Гиммлер».
Когда Клаус Бауман дошел до этой части книги, его интерес заметно вырос. Ему очень хотелось узнать, что еще он может почерпнуть из этой диссертации, помимо того, о чем уже рассказал ему кладбищенский гид.
Читая следующую главу, Клаус подумал, что две версии преступления, одну из которых предложила Маргарит Клодель, другую – загадочный Густав Ластоон, не противоречили, а дополняли друг друга и могли соединиться в одну-единственную, правильно интерпретирующую события той ночи. В обеих версиях имелось свое рациональное зерно.
Чтобы убедиться в собственной правоте, в том, что его предположение разумно, Клаус Бауман снова перечитал следующее: «В 1938 году, за год до начала войны, женщина из Ганновера по имени Хелена Майтнер, которая с молодых лет проявляла болезненный интерес к оккультизму и была секретаршей коменданта концлагеря Заксенхаузен, переехала жить в Лейпциг вместе с мужем, капитаном СС Гансом Штрутом, служившим в дивизии „Тотенхоф“. Со своим будущим мужем она познакомилась на офицерском балу в Бранденбурге.
Обладавшая необыкновенной красотой, Хелена Майтнер очаровывала друзей своего мужа, которых собирала у себя дома на спиритические сеансы, заставляя верить, что стуки, шумы и голоса, доносившиеся из темноты, это проявление страдающих духов, послушно являвшихся на ее властные призывы.
По свидетельству людей, знавших Хелену, эти уловки она использовала, чтобы завоевать доверие и обожание других офицеров СС, желавших приударить за ней и стать ее любовниками. К этому их побуждало пассивное поведение самого капитана Штрута, который не только не препятствовал кокетству своей прекрасной супруги, но, напротив, казался довольным и счастливым.
Через семь лет после того, как 12 апреля 1945 года в Лейпциг вошли войска Соединенных Штатов, две польские служанки, которых Хелена Майтнер держала в доме на положении рабынь и которым чудом удалось выжить во время бомбежек, рассказали американским военным о зверствах, совершенных шестью офицерами СС, включая капитана Штрута и его жену по имени Хелена.
