Далее Алкивиад отправился на Самос, а оттуда к Нотию, который являлся портом Колофона и располагался на побережье к северо-западу от Эфеса. Хотя в Нотии не было крупной военно-морской базы, он мог служить удобным плацдармом для нападения на Эфес: оттуда афиняне могли перехватывать спартанские корабли, курсирующие между Эфесом и Хиосом, и помешать любой попытке спартанцев прорваться в Геллеспонт. У Нотия под командованием Алкивиада находилось восемьдесят трирем, и еще двадцать он оставил на Андросе. Тем временем флот Лисандра достиг численности в девяносто кораблей. Несмотря на это преимущество, Лисандр не вышел на бой, полагая, что время работает на него. Качество его флота после долгого обучения и практической подготовки существенно улучшилось, а выплата повышенного жалованья из предоставленных Киром средств привела к тому, что «очень скоро вражеские корабли опустели. Бóльшая часть моряков переходила к тому, кто платил больше, а оставшиеся, работая спустя рукава и бунтуя, только доставляли ежедневные неприятности своим начальникам» (Плутарх,
Любой афинский командующий, оценив ситуацию, постарался бы действовать стремительно по той же самой причине, по которой Лисандр предпочел выжидать, но у Алкивиада были и свои собственные причины для спешки. Плутарх дает вполне разумное объяснение его мотивам: «Если бывали люди, которых губила собственная слава, то, пожалуй, яснее всего это видно на примере Алкивиада. Велика была слава о его доблести и уме, ее породило все, свершенное им, а потому любая неудача вызывала подозрение – ее спешили приписать нерадивости, никто и верить не желал, будто для Алкивиада существует что-либо недосягаемое: да, да, если только он постарается, ему все удается!» (
Алкивиад находился у Нотия около месяца, но в феврале 406 г. до н. э., оставив основную часть флота на том же месте, он отплыл к Фрасибулу, занятому осадой Фокеи. Вероятно, этот отход был частью замысла, призванного выманить Лисандра на битву: спартанский военачальник не мог долго оставаться в стороне, наблюдая за тем, как афиняне захватывают ионийские города, и должен был попытаться вступить с ними в бой. В рамках этой стратегии Фокея была неплохой целью. Ее положение позволяло разместить там базу, с которой затем можно было атаковать Киму, Клазомены и даже Хиос. Отправляясь в путь, Алкивиад взял с собой только суда для перевозки войск; боевые триремы он оставил у Нотия для защиты от постоянно растущего флота спартанцев. Человека, которому он поручил командовать флотом в свое отсутствие, звали Антиох. Это был корабельный старшина, кормчий (по-гречески кибернет), служивший рулевым на судне самого Алкивиада. Решение последнего, единственное в своем роде за всю историю афинского флота, подвергалось критике еще с античных времен. Обычно командование флотилией такого размера поручалось одному или нескольким стратегам, но, судя по всему, в этот раз все коллеги Алкивиада отсутствовали, будучи заняты решением других задач. В подобной ситуации командиром обычно назначался один из корабельных капитанов (триерархов), который уже имел опыт войны на море и отличился в прошлых военных кампаниях. Такой человек обязательно нашелся бы среди множества капитанов, собранных у Нотия. Впрочем, в защиту Алкивиада стоит заметить, что кибернеты, как правило, были людьми, обладавшими солидным опытом и знанием тактики морских сражений; они прошли много битв (зачастую больше, чем любой триерарх) и составляли основу морского могущества Афин. Кроме того, в этом конкретном случае Алкивиад не ожидал и даже не желал того, чтобы битва состоялась в его отсутствие. Он дал Антиоху ясный и недвусмысленный приказ, запрещающий «нападать на корабли Лисандра» (Ксенофонт,
