– Правда? – искренне удивилась Джейн. До сих пор с вопросами у Доминика было как-то не очень. – Тогда спрашивай!
– Да не, я после.
– Нет-нет, пожалуйста! Ты первый.
– Ну ладно. Спрашиваю. – Доминик опять повозил ногами по асфальту и откашлялся. – Можно я тебя, это, поцелую?
– Что?..
В изумлении Джейн даже вскочила со скамейки. Так он… тоже… любит её?! Она не надеялась, что всё произойдёт вот так, сразу.
– Да ладно, я чуть-чуть только. – Он угрюмо смотрел куда-то в океанскую даль. – Даже не поцелуй будет, а так.
Джейн снова села.
– Доминик, любовь не знает границ.
– А?..
– Я хотела сказать, да. Целуй.
Она в ожидании обернула к нему лицо, он тоже развернулся к ней, наклонил голову сначала чуть влево, потом чуть вправо – примериваясь, чтобы два носа не мешали друг другу, – и наконец перешёл к последнему этапу. Всё получилось в точности как он и обещал – это был даже не поцелуй, а так. После чего он немедленно вскочил на свой скейтборд и умчался прочь из Пери-парка.
И что, всё? Так быстро? Но Джейн не горевала. Её не огорчило ни то, что он умчался, ни то, что она не успела рассказать ему про остров Песчаный и про окровавленную голову на коленях. Джейн чувствовала, что её ничто в жизни больше не огорчит: возлюбленный поцеловал её! Это было не просто счастье, это был – что там следующее после счастья?..
Рай.
Поздно вечером, когда Скай уже почти засыпала, в её сладкую дремоту влезло занудное бормотание. «Как же надоело, что меня всё время кто-то будит», – подумала Скай в первую секунду. «Опять Джейн разговаривает во сне», – подумала она во вторую. Да, это был голос Джейн:
– Джейн, – позвала её Скай, – проснись! А если уж тебе так приспичило бормотать во сне, бормочи что-нибудь поинтереснее.
– Я не сплю. Извини, я постараюсь потише. – И она продолжила шёпотом: –
Скай села на раскладушке и убедилась, что её сестра прячется под одеялом с фонариком.
– Эй, вылезай оттуда.
Джейн высунула голову.
– Ты не спишь? Может, тогда поможешь мне с рифмой? Я пишу оду.
– Какую ещё оду? Или нет, лучше не говори.
Если Джейн пишет оду этому Доминику, то Скай не желала об этом знать. Хотя ясно, что Доминику, кому же ещё. Из Пери-парка Джейн вернулась поглупевшая до такой степени, что всё её предыдущее поведение казалось теперь просто образцом здравомыслия.
– «Тошнит». От него меня тошнит.
– Как насчёт «горит»? – послышался сонный голос с другого конца «кочерги».
– Пожалуйста. Больше ничего?
– Ещё «скейтборд». Очень трудное слово, – пожаловалась Джейн. – Никак не подберу рифму.
Скай подскочила к сестре и вырвала у неё фонарик.
– И не подберёшь! Всё. Хватит.
Вздохнув, Джейн обиженно повернулась на бок. Потом на другой. Потом опять на первый. Скай из последних сил пыталась держать себя в руках, но всё равно понимала, что ещё немного – и она взорвётся.
– «Секстаккорд», – произнёс Джеффри за бамбуковой перегородкой.
Джейн приподнялась на локте.
– А?.. Какой секстаккорд?
– Мажорный.
– Джеффри, ты гений! – воскликнула Джейн. –
Скай ограничилась тем, что нашарила на полу кеды и швырнула один в сторону раскладушки Джейн, а второй – за бамбуковую перегородку, после чего на веранде наконец стало тихо.
Туррону пора было уезжать, и это никому не нравилось. Даже Хувер и Пёс неотступно вертелись вокруг него, опутывая его ноги своими поводками.
– Останьтесь ещё на пару дней, – уговаривал Джеффри. – Скай, скажи ему!
– Правда, Туррон, почему нет? – откликнулась Скай.
– Да, почему нет? – Тётя Клер на костылях подхромала ближе. – Кто будет со мной складывать пазлы, когда ты уедешь?
– Увы, работа есть работа! – Было видно, что Туррону и самому не хочется уезжать. – Послезавтра у нас студийная запись.
– И если всё получится как надо, – добавил Алек, – то работы будет ещё больше.
– Ради такого я бы тоже уехал, – признался Джеффри.
– И я, – сказала Бетти.
Скай неодобрительно покосилась на младшую сестру.
– Ты хоть знаешь, что такое студийная запись?
– Всё она знает. – Туррон присел на корточки, чтобы попрощаться с Бетти. – Ну, бывай, подруга! Как-нибудь встретимся. Музыку не бросай! И удачи тебе. – Он подмигнул ей. – Ни пуха ни пера.
