Не подглядишь во мне ты, Время, измененья!Громада праха, вновь взнесенная тобой,Не будет для меня предметом удивленья:Все это уж не раз вставало предо мной[36].

Очень хорошо. Как раз то, что надо. Никто ни слова не поймёт, и уж тем более никто не заподозрит, что это про любовь. Тут, правда, другая трудность. Учительница хочет, чтобы все рассказывали свои стихотворения не как попало, а с выражением. И вот, если Розалинда сама понятия не имеет, о чём в этом стихотворении говорится, то как его лучше рассказывать — торжественно? Или задумчиво, будто она решила поделиться с одноклассниками великой мудростью? И как, интересно, она при этом будет выглядеть? Глупо, вот как.

Может, нараспев?

— «Не подгляди-и-ишь во мне ты, вре-е-емя, измене-е-енья!» — начала она, но умолкла. Да, что-то не очень этот распев помогает.

Придётся советоваться с Анной. Анне хорошо, она выбрала себе «Бармаглота» Льюиса Кэрролла — а там и правда смысла никакого, хоть так его рассказывай, хоть этак[37]. И сразу ясно, что не про любовь. Счастливица Анна.

Розалинда захлопнула томик Шекспира и встала. Да, лучше она пойдёт к Анне и почитает ей с выражением. Она же тут никому срочно не нужна? За Бетти папа присмотрит, он дома. Скай ещё не вернулась из Бостона. А Джейн, когда Розалинда её видела последний раз, гоняла мяч во дворе. Да, как раз самое удобное время, чтобы сходить к Анне. Надо только папе сказать.

Папу она нашла на кухне, он говорил по телефону. Джейн тоже оказалась тут — выполняла приседания.

«Тётя Клер», — беззвучно шепнула она и сделала Розалинде страшные глаза.

Но и без её шёпота и без страшных глаз Розалинда уже всё поняла.

— Нет, не нужно беспокоиться о следующем свидании, — говорил мистер Пендервик. — Да, встречаюсь с Марианной… Как раз сегодня… Да, это будет второе свидание… Да, замечательно, совершенно верно… И, кстати, я только что вспомнил: мы с ней договорились вместе пообедать, а время уже почти обеденное, так что извини, мне пора!

Мистер Пендервик торопливо повесил трубку (телефон жалобно звякнул) и обернулся.

— Дочери, послушайтесь отцовского совета: не заводите себе младших сестёр!

— Нам уже поздно, пап. — Джейн продолжала делать приседания.

— Да, пожалуй… Nemo mortalium omnibus horis sapit. А уж меня это в первую очередь касается. Не расстраивайся, Рози, сейчас переведу. Я сказал: никто из смертных не бывает всякий час благоразумен.

— Я не расстраиваюсь. — Хотя, по правде говоря, расстроилась она так, что даже руки задрожали. За всю субботу и полвоскресенья никто ни разу не вспоминал ни про какие свидания. Розалинда уже начала надеяться, что Марианна куда-нибудь испарилась и больше никогда не появится. Она даже начала серьёзно обдумывать кандидатуру Валарии, бывшей Марии Магдалины: например, папа мог бы пригласить Валарию на праздничный вечер, посвящённый открытию нового корпуса университета, — это недели через две-три. И вот, откуда ни возьмись, опять эта загадочная Марианна.

— Пап, — спросила Джейн, — ты куда-то собираешься?

— Да-да, мы с Марианной договорились вместе пообедать, так что через… — он взглянул на часы, — через пятнадцать минут мне уже пора выходить. Розалинда, ты не могла бы на час-другой остаться на хозяйстве? Или это нарушит твои планы?

Нарушит, подумала Розалинда. Ещё как. И дело не в том, что она теперь не пойдёт к Анне — это ерунда, Шекспир подождёт. Но второе свидание — вот это не ерунда. От второго свидания один шаг до третьего, а от третьего до четвёртого, а там… не успеешь оглянуться — а мачеха уже хозяйничает в доме.

— Не волнуйся, мы справимся, — сказала она.

— Вот и прекрасно, вы же у меня умницы! Ну, пойду приводить себя в порядок.

Когда папа ушёл, Розалинда опустилась на стул.

Кошмар, подумала она про себя.

— Кошмар, — сказала она вслух.

— Да, папа сегодня странный. — Джейн закончила упражнение с приседаниями и села на соседнюю табуретку. — Может, Скай права и у него начинается помутнение рассудка? Но только тогда он у него не от ужасных свиданий помутился, а, наоборот, от любви. Кстати, не знаешь, сколько времени требуется взрослому человеку, чтобы влюбиться?

— Не знаю. Ничего я не знаю. — Розалинда уронила голову на стол. Сидеть с уроненной головой было очень неудобно, но сейчас ей казалось, что чем неудобнее, тем лучше. — И про эту Марианну я знаю только, что пешие прогулки она любит, а фланель не любит.

— И ещё, — добавила Джейн, — её нет в телефонной книге.

— Ты смотрела в телефонной книге? — Розалинда подняла голову, удивляясь находчивости Джейн.

Перейти на страницу:

Все книги серии Пендервики

Похожие книги