После этого все затихли, и Софи смотрела, как мимо проносятся гладкие зеленые холмы, пытаясь заметить знакомые пейзажи. Равагог был спрятан среди темных зубцов гор, позади массивных железных ворот – хотя цунами Лин разнесло их на кусочки.
И только тогда Софи поняла – ей придется увидеть устроенные ими разрушения.
Даже если мост с воротами отстроили, что-то все равно должно было остаться.
Смытые здания.
Затопленные участки суши.
Могилы.
– Эй, – позвал Киф. – Знаешь, что я лучше всего помню в том полете с Силвени? Тогда ты впервые мне доверилась. По-настоящему доверилась.
И тогда же Киф впервые снял свою маску шута и насмешника и приоткрыл глубокую, серьезную сторону своей личности, которую скрывал ото всех, не позволяя подойти к себе слишком близко.
– Мне нравится, когда ты мне доверяешь, – тихо сказал он.
– Мне тоже.
Он придвинулся чуточку ближе.
– Ты ведь не перестала, да? Даже после…
Софи чувствовала, что, загляни она в его мысли, то найдет в них воспоминание о том, как он украл ее тайник и передал его Финтану, доказывая свою преданность «Незримым». Но сама Софи вспоминала, как проснулась на холодном каменистом пляже и оказалась в новом, темном мире, в окружении обломков прежнего. Тогда она еще не знала, насколько ужасным окажется крах Люменарии. Но понимала, что все изменится – и что Киф был рядом.
Он сбежал от «Незримых» за день до этого и разбил лагерь в темной холодной пещере неподалеку – на случай, если он ей понадобится.
– Не перестала, конечно, – пообещала она.
Он облегченно выдохнул.
– Как-то раз, пока я был с ними…
Слова прервались его стоном, когда леди Каденс направила корабль в последний поворот – по крайней мере, Софи на это надеялась.
– Сейчас умру, – прохрипел Киф.
– Возвращайся в счастливое место. Ты не здесь, ты летаешь на Силвени – и она постоянно твердит мне про «КИФА, КИФА, КИФА».
Улыбка Кифа была абсолютно несчастной.
– Ты в последнее время связывалась с Силвени? – спросил Блик.
– Реже, чем нужно. – Софи должна была связываться с беременной Силвени как минимум раз в день, проверяя, все ли у них с Грейфеллом в порядке, нет ли осложнений. Но на нее столько всего свалилось, что она забывала.
Закрыв глаза, Софи постаралась вытянуть сознание и нащупать связь с аликорнами. Но как бы она ни старалась, в мыслях было тихо.
Может, влияла близость странных силовых полей Равагога.
Может, Силвени спала.
А может, стоило начинать волноваться…
Она постаралась отбросить сомнения – постаралась напомнить себе, что Силвени могла позвать на помощь, если понадобится.
Но горечь все равно плескалась внутри подобно бушующим волнам.
Она поклялась попробовать снова, как только вернется в Забытые города. И если Силвени не отзовется…
– Ты там жива, Фостер? – спросил Киф.
Софи кивнула.
– Как-то не верится. Может, подумаем, что ты мне загадаешь? Ты больше склоняешься к унижению, наказанию или рабству?
– Выбирай рабство, – посоветовал Блик, а в следующее мгновение волна, врезавшая по носу корабля, накрыла его с головой. На долю секунды вода очертила его лицо – и, хотя Софи его не узнала, полные губы и круглые щеки неуловимо кого-то напомнили.
– Может, я украду опросник брачного агентства у Фитца? – предложил Киф.
– Может, нет? – откликнулась Софи, не желая даже представлять, что там может оказаться.
– Ладно, тогда давай я…
– Просто предупреждаю, – перебила леди Каденс. – Отныне все, что вы скажете, услышат солдаты Димитара, поэтому учтите это.
– Мы в Равагоге? – уточнила Софи.
Она не узнавала местность. Равагог, который она помнила, состоял из болотистых пещер и замысловатых зданий, вырезанных в склоне горы. Но вокруг расстилалась лишь безжизненная голая равнина, переходящая в холмистую пустошь.
– Мы на Королевском пути, – объяснила леди Каденс. – Он ведет в закрытую часть города, где стоит личный дворец Димитара. Он показал мне путь, когда понял, что корабль не пройдет через главные ворота. Если бы на мне не было маркчейна, – она достала из-под плаща цепочку, – батальон, размещенный в предгорьях, уже разнес бы нас в щепки.
Холодок побежал по спине Софи, когда она вновь оглядела холмы. Сколько бы она ни искала, но не заметила ни единого огра. Но она даже не сомневалась: они там были, с оружием в руках и готовые открыть огонь.
– Причаливаем, – произнесла леди Каденс, и каждый нерв в теле Софи ожил.
Мозазавры дотянули их до плоского камня, выступающего в сторону воды, и леди Каденс дернула за рычаг, бросая якорь.
– Сколько идти до дворца? – спросила Софи, помогая Кифу подняться.
– Видите проем в скале? – Леди Каденс указала на глубокую расселину всего в сотне метрах от них. – Нам туда.
В тенистом проходе не было ничего грандиозного и роскошного.
Он выглядел мрачно.
И пыльно.
И жалко.
Леди Каденс спрыгнула на пристань, пришвартовала плавучий дом, воспользовавшись жутким крюком, а потом опустила короткий трап.
– ЗЕМЛЯ! – заорал Киф, подтаскивая Софи к ближайшему булыжнику и склоняясь, чтобы его поцеловать. – Плевать, что тут воняет, как утром изо рта. Я остаюсь здесь жить.
– Могу устроить.
