Тогда никому и в голову не пришло связать все эти случае воедино. Все списывали на наркотики, алкоголь, сумасшествие, бешенство, хроническую травматическую энцефалопатию и прочие хотя бы частично подходящие под диагноз болезни. Но потом костяшки домино начали падать все чаще и чаще, однако масштаб все еще не впечатлял, хотя многие случаи намеренно замалчивались, пугающие видео удалялись, на их авторов оказывалось давление с угрозами заведения уголовного дела за разжигание массовой паники и ложные сведения. Все скрывалось. Однако шила в мешке не удержать и самые прозорливые начали бить тревогу уже давно, а когда их не услышали, предпочли заняться подготовкой к тому, что, по их мнению, просто неизбежно – массовая мировая эпидемия черного бешенства.
Вот и еще один услышанный термин – бешеные. Ну и другие не менее пугающие слова и словосочетания: лютые, буйнопомешанные, зомби.
Снова «зомби» – хотя это и понятно, учитывая царящую на телевидении уже лет тридцать непреходящую моду на зомби апокалипсис. Наконец-то самые рьяные ждуны конца света с зомби душком дождались. Сбылась их заветная мечта. Время расчехлять арбалет или снимать дробовик со стены и выходить на охоту за мерзкими зомби, а в перерывах сидеть в старом кресле и жадно пожирать ложкой фасоль из консервной банки…
Кстати, а я закупил себе пару ящиков консервированной фасоли? Можно и три…
А какая фасоль вкуснее? Белая или красная? В томатном соусе или без?
Обо всем этом я со странной отстраненностью думал сидя на кровати, опираясь спиной о стену и глядя в потолок. Телефон валялся на смятой простыне. Я уже просто не мог больше впитывать всю эту информацию. В кино главные герои способны часами обрабатывать сведения, без устали принимать верные решения и вырабатывать хитрую стратегию. А у меня уже закипал мозг, и я больше не мог ничего воспринимать и запоминать. Мозговая губка напиталась до предела и начала истекать токсичной серой слизью… казалось еще чуть-чуть и потечет через ноздри и уши…
Глянув на часы, я тяжело вздохнул – почти семь утра, блин. Ночь пролетела незаметно. И при всем желании поспать уже не удастся – вот-вот приедут строители и тут снова поднимется шумиха. Ну и ладно…
Потушив лампу, я приоткрыл дверь, впуская в бытовку утренний солнечный свет и поток воздуха, живо освежившего спертую атмосферу помещения. Выглянув, поморгал воспаленными глазами, огляделся, убеждаясь, что участок пуст. Птицы заходились криками, приветствуя новый день, мягко шелестели кроны берез, воздух был неописуемо вкусным и, похоже, даже целебным – сразу притихла ворочающаяся в висках головная боль.
Вскоре я уже сидел в своем поставленном прямо на черновой дощатый пол перед бытовкой кресле и наслаждался крепким сладким кофе с хорошей дозой пока не испортившегося молока. В желудке бултыхались проглоченные натощак таблетки аспирина и витаминов – да я знаю, что так делать нельзя. На ногах лежали исписанные блокноты, сверху придавлен толстым оранжевым маркером список могущих помочь финансово контактов. Под рукой смартфон, а еще несколько не прочитанных и не просмотренных источников информации, которые я пока не был готов воспринимать. Под боком молоток, в кармане складной нож – да я вооружен, хотя вряд ли опасен. Еще раз глянув на часы и решил, что нужные мне люди может и проснулись уже, но вряд ли спозаранку, еще не умывшись и не выпив бодрящего кофе, захотят со мной общаться. Дам им еще минут десять на раскачку и…
Стоп.
Я уже раз третий даю десять минут, продолжая сидеть в кресле и любоваться природными видами. Возьми телефон и набери уже номер того, кто гарантировано просыпается раньше всех – и в моем случае это была глубокоуважаемая начальница Леся Павловна, чей властный каприз я недавно рискнул не удовлетворить, чем вряд ли снискал ее доброжелательность.
Может не стоит и время тратить на звонок?
А что я теряю?
Да ничего. Я ткнул в пиктограмму, откинулся в кресле, начал делать большой глоток и едва им не поперхнулся, когда вызываемый абонент ответил после первого же гудка.
– Алло?
– К-ха… к-ха… утро доброе, Леся Павловна. Вас беспокоит Ти…
– Я узнала – в трубке послышалось знакомое фырканье – Ты все же решил выйти на…
– Нет! – теперь уже я ее перебил. Будем считать, что мы квиты – На работу в офис я выйти не смогу. Да и в Москве я больше не живу. Звоню по другому поводу, Леся Павловна. Вы мне денег не займете? Много. Я тут стройку затеял, уже почти все имевшиеся деньги вбухал в это дело, а трат впереди еще много. Сделку по продаже квартиры на завершающей стадии, но денег я еще не получил. А мне фундамент копать, потом бетоном заливать и на все это нужны деньги. Я вообще просить в долг не люблю, но тут так подперло по срокам, что…
Я протараторил в телефон целую речь, со скоростью пулемета обрушив на голову бедной Леси прорву ненужных ей подробностей. Не умею я деньги занимать. И всегда стараюсь как-то себя оправдать, пояснить, уверить в своей честности, хотя еще не было случая, чтобы я взял в долг и не вернул.