Амир откинул капюшон и поприветствовал взмахом руки Локка:
– Давно не виделись, брат.
– Брат? Ну конечно, он ведь один из вас, – кивнула Ирит.
Локк и Амир встали. Они подошли друг к другу и обменялись крепким рукопожатием.
– Дела совсем плохи, раз тебя достали из чулана.
– Попробуем всё решить, – ответил Амир.
– Откуда этот уродливый шрам? И где твои шикарные усы?
– Рыжеволосая леди подарила мне эту отличительную черту с целью конспирации. Заставила побриться по той же причине. В народе всё ещё жива память о вожде давнишнего восстания. Лица героев Революции оказалось сложно забыть.
– Даже если Революция – такой же обман, как и Лотерея, – недовольно заметила Ирит и призналась: – Да, я разукрасила Джазима, чтобы его не узнали.
– Не может этого быть! – воскликнул Бард. – Амир Джазим? Тот самый?
Глаза Даниэля широко распахнулись, теперь он понял, почему этот человек показался ему знакомым.
– Собственной персоной, – коротко склонил голову наёмник. – Центральная фигура самого драматичного восстания на этой планете.
– Но ты давно мёртв, – прошептал Бард. – Были же свидетели, вся колония…
– Людям показали казнь по мониторам, – рассмеялся Даниэль, хлопая себя по бедру свободной рукой, – то же самое кино, что крутили нам в школе, на уроках истории.
– Верно, – подтвердила Ирит. – Комитет и Команда работают в одной упряжке. Когда вышло так, что колония оказалась на грани гражданской войны из-за утечки данных о вместимости Морского Города, недовольных возглавил некий Амир Джазим. Этот персонаж впоследствии успешно провалил восстание. Главаря несостоявшейся Революции осудили и казнили под прицелом телекамер, без привлечения к этому действу толпы, якобы опасаясь народных волнений. Несколько доверенных членов Комитета и Команды засвидетельствовали «смерть», кремировали труп, а на самом деле – спрятали актёра на Ковчеге.
– Но зачем? – недоумевал Иссерлэйн. – Что дал этот спектакль?
У Барда в голове крутились те же самые вопросы.
На них ответил Локк:
– Разрешился самый серьёзный на тот момент кризис. Был достигнут компромисс. Население перестало устраивать беспорядки, а Комитет пошёл на уступки. Мы объявили Лотерею и запасной план в виде Ковчега. Люди успокоились и вернулись к работе. Гражданской войны, что задержала бы строительство Морского Города на десятилетия, тогда не случилось.
– Это и есть та «ужасная» новость, которой ты хотела поделиться? – несколько разочарованно спросил Даниэль у Ирит.
– Тебе мало?
– Я ожидал чего-то более неприятного.
– Попробуй представить, что абсолютно всё на Эдеме – это точно такой же спектакль, как то давнишнее восстание! Сплошной обман! Готов к таким откровениям?
– Готов, – Даниэль поправил подушку за своей спиной.
– Олли, тебе лучше присесть, – женщина указала Барду на диван.
– Неужто рассказ о посещении Ковчега будет столь долгим?
– Сядь, – настойчиво повторила Ройт.
Локк посмотрел на Джазима, но тот не казался ни обеспокоенным, ни напряжённым. Габриэлю ничего не оставалось, кроме как присоединиться к слушателям. Чтобы выстроить дальнейшую стратегию поведения, ему нужно было знать, с каких секретов оказались сорваны печати.
«Отец» не мог раскрыть Ирит абсолютно всё.
Он не рассказывал всего даже своим детям, одним из которых был Габриэль.
Когда космический катер вырвался за пределы атмосферы Эдема, все на его борту облегчённо выдохнули. Взлёт прошёл отвратительно.
«Управлять шаттлом оказалось куда сложнее, чем дирижаблем», – мысленно признала Ирит, отпуская штурвал.
Хорошо, что сейчас, когда начался этап синхронизации с орбитой Ковчега и стыковка, особых навыков не требовалось – в дело вступила автоматика.
Все необходимые алгоритмы были зашиты в бортовом компьютере катера. Ирит оставалось лишь выбрать нужную процедуру в меню, ориентируясь на краткое описание. Довольно удобно, с учётом того, что курсов подготовки космических пилотов на Эдеме не существовало…
Удивительно, но Ковчег оказался куда меньше в размерах, чем Ройт и её люди себе представляли. Виноваты тут были, скорее всего, кадры из колониальных архивов, что внушали зрителям ложные пропорции.
Шаттл прилепился дном к одной из двух посадочных площадок. Щёлкнули электромагнитные замки. Зашипели насосы, нагнетающие воздух и выравнивающие давление. Через пару минут индикаторы переходного отсека загорелись зелёным.
На всякий случай все бойцы отряда натянули кислородные маски, полностью закрывающие лица, и только затем открыли шлюз, ведущий внутрь Ковчега.
Ирит спустилась первой, за ней последовали остальные шесть членов команды, осуществившей угон.
Они оказались в кубическом помещении со сторонами примерно шесть на шесть метров. В углах ярко горели светодиодные колонны. Одну из стен занимали пустые боксы в человеческий рост, скорее всего предназначенные под скафандры.
– Минируйте шлюз, – приказала Ирит.
Голос из-под маски прозвучал глухо, но вполне различимо.
Пока двое человек крепили брикеты пластиковой взрывчатки под потолком, вокруг люка переходной камеры, и протягивали провода, остальные собрались у двери, ведущей внутрь Ковчега.
