— Вот и кто это был? — сам у себя спросил я, провожая взглядом скрывшихся за деревьями фигуры.
— Одеты слишком хорошо для простой шайки, да и столько просидеть в холодном снегу, тут выдержка нужна и опыт. Маскировка, опять же, отличная, не видно было даже следов подготовки. Так бы и напоролись, если бы ты их не заметил.
— Не я, а Колтун, — поправил я. — Его благодарите.
Лицо рыжего наёмника расплылось в надменной улыбке.
— Чего молчишь? — спросил он у Хорки. — Не слышал, командир велел меня благодарить?
— Мазай, ты чего? — долговязый сделал большие глаза. — Нельзя ему такое говорить, неполезно это для его неокрепшего ума. Разбалуешь, потом дурь эту даже все вместе не выбьем.
— Позже шутки шутить будете, а пока глаз не спускать с этих, — я кивнул в сторону, куда ретировались участники засады. — Кто бы они ни были. И по сторонам смотрите, не всё же Колтуну наши задницы спасать.
— Ну вот опять… — пробормотал Хорки, глядя на раскрасневшегося от важности напарника. — Говорю же, с огнём играем…
Какое-то время мы снова шагали в тишине, вглядываясь в толщу раскинувшегося вокруг соснового бора. Но, к счастью, больше никто засад не устраивал и дорогу не перегораживал. Уже перед самой кромкой леса своими мыслями поделился Пруст.
— Брат сказал, что видел следы окованных ботинок. А у этих обувь хоть и добротная, но сплошь кожа, да мех. Не было там никого в тяжёлом доспехе.
— Ну таких фанатиков, как наш Колтун поискать ещё надо, — тут же влез Хорки. — Обить ботинки железом и пойти гулять в них зимой, это… геройский поступок.
— И всё же, следы такие там были, а значит, не всех гостей мы повстречали. Будьте осторожны.
В этот момент мы вышли на просторную поляну, откуда открывался вид на большой покатый холм, на котором разместилось длинное каменное строение с большим куполом на одном из его концов. Все замерли, поражённые открывшейся картиной. Серые стены Опоры Моста сильно контрастировали с белым снегом, укутавшим холм со всех сторон, а рукотворная природа и необычная форма делали место каким-то мистическим на фоне возвышающихся в отдалении белых горных пиков и уже показавшихся в небе обеих лун.
— Это ещё что? — спросил Пруст, в слух озвучив общий вопрос.
— Храм забытых богов, — к моему удивлению, опередил меня с ответом Горунар. — Потому ведите себя пристойно.
— А ты откуда знаешь? — поинтересовался Шуст.
— Был я здесь, лет пять назад.
— И что, есть тут боги? Ну или чудеса какие? — недоверчиво поинтересовался Колтун. — А то я про место это много разного слышал, но думал враки всё, наплели байки про какие-нибудь развалины. А тут вот что…
— Про то лучше у Мазая спросите, он точно больше меня знает. Но мне эти боги не ответили и не помогли. Впрочем, как и Трое.
Видя, что тема для здоровяка не самая приятная, я решил перевести разговор в деловое русло. Тем более, что уже вечерело, и закончить со всем хотелось бы до темноты.
— Чудеса здесь есть, ещё какие, а потому слушайте внимательно. Ни по какой причине никто из вас не должен заходить внутрь. Даже если вы вдруг услышите, как вашего любимого командира рвут на части, а потом жрут живьём, вы не пересечёте порог храма. Это ясно?!
Лишь Горунар, непривыкший спорить с моими приказами, спокойно и уверенно кивнул.
— Не слышу слаженного ответа, бойцы. Ясно, я вас спрашиваю?!
— Да, командир! — нестройным хором отозвался отряд.
— Тогда пошли, и чтобы без самодеятельности.
Вблизи строение уже не производило такого впечатления. Ровные скучные стены без какого-либо орнамента, один единственный вход, в котором кроме пустынного коридора ничего разглядеть было нельзя. Разве что кровавый след, тянувшийся с улицы. Я оказался прав, и наша цель пусть и другим путём, но пришла к Опоре. Помня о рассказе Лавлиена и о своём личном опыте «общения» с одержимым в предместьях Корпугара, на тёплый приём я не рассчитывал. Да ещё эти разводы крови и след от туши, которую заволокли внутрь… Как будто в пещеру к людоеду захожу. Чёрт! Лучше гнать такие мысли, ведь зная мою удачу, такие аналогии запросто могут оказаться правдой.
— Охраняйте вход, — дал я последние наставления. — Если не вернусь до заката, то уходите в Заречную. Как можно дальше от этого места.
— Не пугай нас так, Мазай, — отозвался Пруст. — Может тогда лучше лагерь разобьём, да дождёмся пока она сама выйдет. Чтобы все вместе. А?
— Нет, тогда она кого-то из вас покалечит, всех я защитить не смогу. Лавлиен говорит, что девочка сильная одарённая, значит куда опаснее того колдунишки из Вольных городов. Но обещаю, что геройствовать не буду, если пойму, что лучше отступить, то сбегу. К тому же остаётся надежда, что сейчас она не опасна, и получится договориться. Поэтому очень вас прошу, если мы выйдем наружу вместе, то будьте так любезны, сделайте свои рожи как можно дружелюбнее.
— Угу, а Колтун тогда лучше пусть вообще в другую сторону смотрит. Хотя бы какое-то время. Нужно же дать ребёнку возможность подготовиться к такому.
Чувствую, острый язык Хорки однажды его погубит. И как ещё рыжий его терпит? Не уж-то это всё результат моей пьяной психотерапии?
