— Что конкретно ты предлагаешь? — спокойно спросил маг. — Ты же понимаешь, что если мы впустим одних, то следом придут другие. Солнечная долина не сможет прокормить избыток населения, тем более тех, кто сам ничего ещё или уже не производит. Тысячи и тысячи беженцев, что придут к Заставе в ближайшем будущем — вот результат проявления нашей слабости в настоящем.
— Дети не бесполезны, — попытался возразить я. — Они вырастут и станут новыми гражданами княжества, работающими и сражающимися во благо своей новой родины.
— У нас нет потребности в приросте населения, — парировал Ратимир. — С этим прекрасно справляются местные бабы. Ресурсы долины ограничены, даже несколько тысяч голодных ртов уже лишат нас излишков и поднимут стоимость еды для местного населения. Князь не пойдёт на такое.
— Но…
— Возможно, есть решение, — задумчиво протянул Лавлиен. — Правда, боюсь, оно понравится далеко не всем. Включая князя, если он узнает. Поэтому будет лучше, если городская ратуша в этом участвовать не будут.
Даже ещё не услышав, что конкретно хочет предложить главный маг Заставы, я уже понимал, что ничем хорошим лично для меня и Зайцев это не закончится…
Когда дверь за дерзкими наёмниками захлопнулась, Ратимир испытующе посмотрел на Лавлиена. За время службы в Заставе они стали хорошими приятелями. Благо, их личные интересы и интересы их покровителей пока не вступали в противоречие, что позволяло поддерживать дружеские отношения. Но при этом оба понимали, что любая размолвка в политических взглядах способна в одночасье превратить их из друзей в противников.
— Он слишком умён для наёмника, — наконец, проворчал сотник. — Мне это не нравится.
— О, это лишь полбеды. Мазай вообще крайне интересная личность. Но лучше использовать его таланты, чем просто их похоронить. Он не угрожает Княжеству, зато может быть ему полезен.
— И всё же… Слишком точный расклад для простого наёмника. Спроси любого про возможную войну с Приозерьем и услышишь в ответ, что Застава неприступна. А он так легко говорит, что к концу лета здесь будут хозяйничать Казантир и его войско, что хочется взять и отправить его в пыточную, чтобы доходчиво рассказать о вреде распространения подобного рода упаднических настроений.
— Но ты же с ним согласен. Сколько у князя профессиональных солдат? Не больше 3 тысяч? Даже если половина будет стянута сюда, крепость продержится не больше нескольких месяцев.
— Застава способна выдержать осаду из расчёта один к пяти. Если Казантир не дурак, он не будет гнать на убой всё своё войско. У этой войны не будет победителя.
— То было раньше. Но ты же слышал, что сейчас новый король сможет отправить на штурм все 12 тысяч, и это, не считая 3 тысяч наёмников, многим из которых прекрасно известно расположение города и слабые места крепости. И ты прав, он далеко не дурак, раз смог прийти к власти и собрать в кулак такую силу. От этого только тревожней.
— Летом откроются малые перевалы, — Ратимир рассуждал вслух. — Скорее всего он наводнит их своими людьми. Перекрыть их все мы не сможем, не хватит людей. Но и провести там большие отряды у приозерцев тоже не получится. Всё равно не понимаю, не хватает какой-то детали, на которую должен рассчитывать Казантир, если он планирует взять Грозовое княжество и не остаться с разбитой армией.
— Ковен. Ты забыл, что будущий король спутался с тёмными магами. Как бы дурно не пахли их методы, нужно признать, что они эффективны. Удар может прийти с самой неожиданной стороны. Застава — наша главная опора в обороне Княжества. Но и она же — главная слабость. Как только крепость падёт, шансов удержать долину не останется.
— Поэтому нам нельзя это допустить! Нам нужна помощь! Если император даже просто пододвинет свои войска к королевской границе… это уже может остановить Казантира от поспешных действий.
— Боюсь, что на карте появилось слишком много мест, где требуется присутствие имперских легионов.
— Помощи не будет? — напрямую спросил Ратимир.
Лавлиен не спешил с ответом. Он медленно помассировал виски, борясь с усталостью и головной болью, навалившейся на него за последние бессонные ночи. Но видимо, отдыха в ближайшее время не предвидится. Как и возможности продолжать его эксперименты. А ведь он был уже так близко…
— Не знаю, — наконец, ответил он. — Но пока лучше рассчитывать на собственные силы.
— Мы не можем просто сидеть и ждать, когда Казантир официально объявит нам войну и перекроет ущелье. Мы окажемся отрезанными от внешнего мира! Как долго мы продержимся без торговли? Даже если мы удержим Заставу, не пройдёт и года, как из тихой гавани мы превратимся в протухшее болото. И все те, кто ещё недавно так стремился сюда, заполонят малые горные тропы, унося с собой свои сбережения и обескровливая страну. Особенно, если Казантиру удастся навести в стране порядок и сделать хорошее предложение лучшим из наших граждан.
— К чему ты это ведёшь? Я не хуже тебя представляю последствия экономической блокады окружённого горами со всех сторон Княжества. Так часто бывает, когда твое преимущество является твоим же слабым местом.
