И этот туда же. Они с Марго сговорились? Ну не могу я вот так! Это не правильно! Этому не поверил бы даже я!
— Я смотрю ты, признался Ритке, что любишь ее! — не мог не укусить в ответ.
— Тут немного другое! Она то любит своего бывшего. А вот вы два дурака с Василисой. И ладно она все еще девчонка, а вот ты, взрослый мужик, а ведешь себя как пацан.
— Да пойми, ты! Она не верит мне! Не доверяет и считает предателем. И все это тянется с далекого прошлого.
— Но тогда вы оба были глупыми юнцами!
— Согласен. — опять вернулся к бару, за дозой крепкого.
— Теперь то у тебя опыт за плечами, а ведешь себя все так же! Сделай уже что-то, чтоб вернуть ее доверие! Любовь это не слова, а поступки. Так поступи как настоящий мужчина! — грубо, слишком грубо отчитал меня Артем.
— Попробую. — задумчиво кинул в ответ.
Он ведь прав. Во всем прав. Даже мой друг грек поступил по мужски, ради своей женщины. А что делал я? Я вел себя как пацан. Жевал сопли и обижался на Василису. Кретин я полный, вот и все мое оправдание.
— Этьен, меня завтра выписывают, ты сможешь меня забрать? — позвонила единственному кто остался со мной.
Услышав короткое «угу», я не испытала ничего. Этьен давно уже стал посторонним человеком. Странно как раньше я выдавала желаемое за действительное. Думала, что люблю его, но стоило встретить Сашу, как все приобрело иной смысл.
Хотя надо отдать должное парню, он продолжил навещать меня в больнице. Почти месяц он приходил пару раз в неделю и говорил ни о чем. Я даже благодарна ему за разговоры о его работе и контрактах. Жалобы на погоду и пробки на дорогах. Так я немного забывала почему я здесь и что теперь я инвалид.
Конечно, мне не хватало тепла и того чувства защищенности, что я испытывала рядом с Валеевым. Но я приняла решение и ломать жизнь Саше ради своей выгоды, это не честно. Да и то фото в журнале, где он прижимал к себе другую, здоровую, женщину. Эту блондинку я узнала сразу, она приходила в клуб на кастинг, а потом целовал его в роковой для меня вечер. Виню ли я его и ее? Нет. Его жизнь продолжается!
Весь день я гоню от себя мысли, как я справлюсь одна, будучи прикованной к коляске. Можно было попросить отца и нанять мне помощницу, но тогда я стану зависимой от папы. Сам он никогда не упрекнет, а вот Полина не упустит возможности уколоть меня по больнее. Она считает, что это из-за меня Саша закрыл Артура. Она всегда считала меня виноватой, что бы не делал ее сынок.
— Ты готова? — отстраненно поинтересовался Этьен.
— Вроде ничего не забыла. — окинула взглядом палату и сердце сжалось в комок.
Почему-то вспомнилось как Саша, опустив плечи слушал мой бред. Не перебивал, не оправдывался, а молча выслушивал оскорбления, сказанные в его адрес. Неужели он сам так же считал? Или просто не хотел видеть меня такой и искал повод расстаться? Тогда зачем приходил в больницу? Успокаивал свою совесть? Нет, я не хочу ошибаться в любимом человеке! Не хочу думать, что придумала его! Что он хуже, чем я думаю!
— Этьен, ты был возле меня в реанимации? — задаю вопрос, что мучает меня давно.
— Меня бы туда не пустили! Сама понимаешь, туда никого не пускают. — тоном строгого родителя.
Значит это был не он или Ритка придумала историю с реанимацией. Зачем? Можно было спросить у врача или сестер, но мне хотелось услышать правду от первого лица. Если Марго говорит правду, и это был не Этьен, то единственный кто мог быть — Валеев. Почему? Волновался? Пережевал за меня? Или успокаивал совесть?
— Послушай, Лиси, я не смогу сутками находиться рядом с тобой и поэтому тебе придется справляться самой! — вывел из раздумий голос бывшего парня.
— Я все понимаю, Этьен. Ты не волнуйся, я справлюсь! — заявила тоном полным уверенности.
А вот в глубине души я не в чем не была уверена. Даже в том, что и он не сбежит через пару дней.
— Может стоит позвонить твоему отцу? Или этому мужику из клуба. Пусть наймут тебе сиделку или как там называют помощников для… — осекся на слове инвалид и перевел взгляд от меня.
Да, милый! Ты чертовски прав. Я — инвалид! И помощь мне нужна. Но я в этом никогда не признаюсь. Я лучше буду ползать по квартире и жрать из мусорки, но не стану садиться на шею отцу или Саше.
— Я подумаю. — буркнула и уставилась в окно.
Оказавшись на улице, я полной грудью вдохнула прохладный октябрьский воздух. Уже становиться прохладнее. Совсем скоро зима. А в моей душе уже во всю свирепствует мороз. Сердце сковали льды, и оно не бьется как прежде. И опять я потеряла то, что так любила. Потеряла танцы, Сашу и себя.
На парковке, чуть вдалеке стояла машина Валеева. Или я так решила. Но мне хотелось думать, что это он и он провожает меня. Он приехал на выписку и хотел удостовериться, что обо мне есть кому позаботиться.
— Даже в таком состоянии, ты очень упрямая, Лиси. — проворчал Эт и выехал с парковки.
Проезжая мимо знакомой мне машины, я силилась рассмотреть сквозь тонировку Сашу, но увы, это невозможно. И только что-то теплое грело в груди от мысли, что я не ошиблась и это он. Зачем и почему, я думать не хотела. Мне достаточно того, что я вижу.