Именно поэтому он в ожидании своего «звездного часа» собирал обширное досье на действующих офицеров милиции, порой делясь с разными людьми своими сведениями. Разумеется, за крупную сумму. Предоставляя информацию только по вышедшим в отставку милиционерам, он сознательно не давал других сведений своим партнерам, чтобы его информация не могла быть использована против него самого.
На офицеров-нелегалов, внедряемых уголовным розыском и РУОПом в преступную среду, сведения в управление кадров не передавались, и только о них он ничего не мог знать. Башмачников понимал, какую ценность могла бы представлять подобная информация для многих, но она была строго засекречена, и любой ознакомившийся с ней офицер фиксировался в личном деле нелегала, чтобы в случае провала его легко можно было вычислить.
И хотя на нелегалов у Башмачникова не имелось сведений, да и не могло быть, но на всех остальных офицеров, включая сотрудников уголовного розыска и РУОПа, его информация была самой обширной и полной. Однако он намеренно не продавал ее, понимая, что в случае подобной утечки рано или поздно могли выйти на него. А вот когда он будет на пенсии, он сможет по-настоящему развернуться и заработать огромные деньги. Но сейчас он предпочитал сообщать информацию на уволенных и пенсионеров. За их досье не было строгого контроля, и их вполне можно было поставлять мафии целыми списками.
Алексею Кирилловичу до пенсии оставалось не так много, и поэтому он охотно сотрудничал с Колесовым, предоставляя тому необходимые сведения. Наемных убийц, как правило, вербовали из бывших офицеров и прапорщиков спецназа, милиции, КГБ, армейских элитных частей. Но это были профессионалы особого рода, им поручались самые сложные задачи. Их очень ценили и не разменивались на разную «мелочевку», предпочитая иметь таких людей при себе в качестве руководителей личной охраны или аналитических отделов своих компаний.
Большую часть преступлений по Москве, да и не только по городу, совершали так называемые «шестерки» — молодые ребята, готовые отличиться любым способом. Им и поручали заурядные убийства бизнесменов и коммерческих директоров, подставляя молодых киллеров в случае опасности либо сотрудникам милиции, либо представителям компании, которую возглавлял убитый. И если опытный профессионал легко уходил от подобных опасностей, то молодых отстреливали как зайцев. Башмачников уже собирал свои бумаги, собираясь выходить из кабинета.
Водитель позвонил снизу и доложил, что машина подана к подъезду. Башмачников поднялся, но тут раздался еще один телефонный звонок. Звонили по прямому городскому номеру. Он поднял трубку, считая, что это звонит жена, собирающаяся дать ему обычные поручения по дому и продиктовать список того, что нужно привезти на дачу. Но вместо привычного голоса супруги он услышал глуховатый голос Колесова:
— Алексей Кириллович, добрый день.
— Здравствуйте, Андрей Потапович, — обрадовался Башмачников. Каждый звонок Колесова гарантировал увеличение его собственного счета. Деньги обычно привозили наличными прямо к нему домой или перечисляли на его счет в банке. — У меня к вам снова одно дело, — проникновенно сказал Колосов. — Может, вы сообщите мне список уволенных из органов за последние три месяца?
— По выслуге лет или…
— Или, — сказал Колосов, — по выслуге лет мне не нужны. Из органов МВД увольняли либо на пенсию, либо в качестве наказания. Из второго списка люди обычно охотнее шли на любое преступление и соглашались на любые поручения, считая, что общество, поступившее с ними столь несправедливо, не заслуживает ничего лучшего. Кроме того, многие уволенные из органов сотрудники милиции были действительно людьми провинившимися, замешанными в каких-либо махинациях или нарушениях, а то и преступлениях, не доказанных в уголовном порядке, но вполне заслуживавших увольнения.
— Список будет большой, — осторожно сказал Алексей Кириллович.
— Ничего, — успокоил его Колесов, — подготовьте все в течение недели, и я пошлю к вам своего человека.
— Оплата обычная? — Башмачникову и в голову не могло прийти, что его городской телефон в здании министерства прослушивается.
— Как всегда. Но если вы все сделаете быстро, мы удвоим наш гонорар.
Только нужны люди, проживающие в Москве.
— Понятно. Их будет не так уж и много.
— Все, кто есть, — наши, — засмеялся Колесов.
— Договорились. — Башмачников положил трубку.
Теперь он покидал кабинет в гораздо лучшем настроении. С понедельника нужно начать готовить списки, которые попросил Колосов. Если Они собираются удвоить его гонорар, то это будут очень хорошие деньги. Алексей Кириллович спускался по лестнице, весело насвистывая, и не заметил, что внизу, на первом этаже, рядом с дежурными стоял еще один сотрудник, проводивший его внимательным взглядом.
