Но Рэй даже не взглянул на него. Он с наслаждением смотрел, как от боли на земле корчилась Юна. Её бессилие и боль давали ему ощущение всемогущества и власти. Юна уже закатила глаза и упала на спину в снег. Её пальцы скрючились, как корни дерева и царапали замёрзшую землю, спина выгибалась, а ноги в ботинках тщётно пытались найти опору и скользили по земле, зарываясь в смешанный с землёй снег.
- Прекрати, Рэй! Ей же больно, - кинулся на друга Мариус, - Мы же просто хотели припугнуть её! Прекрати! Слышишь!
Мариус попытался вырвать палочку из рук Рэя, но тот с силой отпихнул того.
- Экспеллиармус! – крикнул Мариус, целясь в Рэя, но промахнулся.
- Я тут не при чём, - прохрипел выпутавшийся из верёвок Билли и , спотыкаясь, побежал прочь. За ним припустил Этон, прикрыв ладонью рот и оглядываясь в ужасе на Рэя.
- Идиот! – крикнул Мариус и с разбегу сбил Рэя с ног. Они вместе повалились на землю и Мариус дал Рэю оплеуху, - Дебил! В Азкабан захотел? А если кто узнает?
Рэй заморгал, приходя в себя.
- Проверь её, - сказал он, сбрасывая Мариуса с себя и принимая сидячее положение. Его руки дрожали, как и всё тело. Слишком сильное было ощущение чужой боли и своей власти. Теперь он понимал, почему его отцу нравилось применять Круциатус в качестве наказания за плохие отметки.
- Она не дышит! – шёпот Мариуса заставил Рэя подскочить и приблизиться к девушке. Парни склонились над Юной и переглянулись.
- Нас здесь не было, Мариус! Мы ничего не знаем! – прошептал Рэй, - Пошли, пока никто нас не заметил.
- Но, Рэй! Нельзя её тут так оставлять.
- Хочешь, чтобы тебя отчислили? Придурок! Пошли я сказал и заткнись! Нас здесь не было!
Рэй схватил Мариуса за локоть и потащил в сторону Хогвартса. Затем повернулся и прошептал заклинание, скрывающее следы.
В это время Юна сделала резкий вздох, словно кто-то ударил ей в грудь. Она с трудом открыла веки и попыталась выровнять дыхание. Боль волной прокатилась по её телу. Казалось, что у неё сломаны все кости и она не в силах пошевелиться. Юна лежала и смотрела на звёзды, стараясь вспомнить обезболивающее заклинание, хотя понимала, что ей вряд ли удастся пошевелить рукой, чтобы найти палочку.
Вдруг небо и звёзды заслонила остроносая мордочка эльфа.
- Профессор Снейп, Понки нашёл Юну Уайт. Понки же говорил, что Юна Уайт ушла из школы. Понки видел, как мисс Уайт выходила и направлялась в сторону визжащей хижины и сразу же доложил профессору, как и было велено. Понки очень внимательный эльф. Понки нашёл её.
- Да, Понки, я вижу, - прозвучал голос профессора Снейпа.
Мордочка Понки исчезла и перед глазами возникло лицо профессора.
- Мисс Уайт, - голос профессора дрогнул или Юне так показалось, - Вы можете встать?
Юна открыла было рот, но новая волна боли заставила её зажмуриться и сжать зубы, чтобы не застонать.
- Понятно, - услышала она профессора и почувствовала, как тот берёт её на руки, - Понки, перенеси нас в мой кабинет.
- Понки слушается, профессор Снейп, - пропищал эльф и Юна услышала щелчки, словно потрескивало электричество. Её голову на мгновение сжало, вызвав очередной приступ боли и тут же отпустило. Контраст температуры тут же дал о себе знать. Тело Юны успело замёрзнуть и сейчас оттаивало, отчего всю кожу начало неприятно покалывать.
Профессор опустил Юну в кресло перед камином, снял с неё мокрое от снега пальто и завернул в плед. Затем он исчез с поля зрения девушки и появился, держа в руках дымящуюся кружку. Он поднёс её к губам Юны и она сделала небольшой глоток. Боль тут же утихла, а тело согрелось. Юна взяла кружку из рук профессора и прижала к губам. Жадно выпив содержимое, девушка позволила себе расслабиться.
- Моя волшебная палочка! – вдруг встрепенулась Юна.
- Она у меня, мисс Уайт, - профессор взял стул и поставил напротив кресла, - Итак, я жду объяснений. И двух часов не прошло, как у вас снова проблемы.
- Я просто гуляла, - тихо сказала Юна.
- И просто на вас с неба попало заклятие Круциатуса?
- А это был Круциатус? – Юна попыталась сделать удивлённый вид.
- Юна Уайт, - наклонился вперёд профессор Снейп, - не испытывайте моё терпение. Я прекрасно знаю, как выглядят люди после Круциатуса. Поэтому рассказывайте.
Юна тщётно пыталась придумать оправдание. Ей вовсе не хотелось получать в первый же день каникул дисциплинарное замечание, а то и того хуже – отчисление. Каких-то пару часов назад она стояла перед профессором МакГонагалл и та ясно дала понять, что не потерпит никаких новых выходок. Юна подумала об отце. Нет, нельзя говорить ни о дуэли, ни о тех идиотах, что пытались её припугнуть и чуть не убили. Она сама разберётся с ними. Позже. Возможно.
- Профессор, - не смотря на Снейпа, сказала Юна, - Учебный год уже закончен. Время двенадцать часов и сорок восемь минут, - Юна демонстративно уставилась на часы над камином, - У меня официальные каникулы. Не думаю, что моя личная жизнь касается школы.
Севериус Снейп резко встал и навис над Юной, оперевшись руками о подлокотники кресла.
