– Тогда мы возвращаемся к варианту: «Бросать на них корабли, пока у них боеприпасы не кончатся», – сказала Бобби. Голос ее звучал четко и резко. Кто ее не знал, решил бы, что десантница вне себя, но Амос почти не сомневался, что она наслаждается происходящим. Он задержался в коридоре перед дверью камбуза. На самом деле, даже реши они отправиться к Медине, вроде как затоптать гадину, из порта еще день-другой не выйдут. Можно было отложить вопрос на потом, а сейчас пусть себе строят планы. Но Амосу еще хотелось бы наконец уснуть спокойно, так что он все-таки вошел.
Они сидели по две стороны стола, склонившись вперед, как пара детишек над распластанной лягушкой. Между ними сиял голубым и золотом дисплей. У Холдена был усталый вид, но Амосу случалось видеть его и похуже. Холден из тех ребят, кто, если решит, что так надо, скуривает себя до фильтра.
– Надо еще раз поговорить с Па, – сказал Холден и кивнул, обернувшись на Амоса. – Атака на станцию – это риск больших потерь.
Амос пробрался к кухонному автомату. Его загрузили дополна, так что выбор был велик. В душе он предпочел бы прежний, попроще.
– Война не зря так называется, сэр, – сказала Бобби. Она не подчеркивала «сэр», но все равно в этом обращении чувствовалась капелька яда. Напоминание, что они теперь не они одни. – Нам известна скорострельность и точность наведения. Можно подсчитать. Если сумеем высадить хоть малую группу на поверхность…
– …Чужой станции, которую мы, так ничего про нее и не поняв, нашпиговали артиллерией, – подсказал Холден. Бобби не дала себя сбить.
– Мы сможем их подавить. Я чем угодно поручусь, что запросто справлюсь с их обороной.
Амос ввел в меню «Суп-лапша». Раздатчик загудел и закликал, а Холден тем временем поднял брови.
– Я поведу штурмовую группу, – объяснила Бобби.
– Нет. Слушай, я знаю, что тебе не терпится повоевать, но влезать в это дело не позволю.
– Вы меня оскорбляете. Назовите другого, кого бы вы охотнее высадили на враждебную станцию, и я тут же откланяюсь.
Холден открыл рот для ответа, да так и застыл с видом выброшенной из воды рыбы. А когда наконец закрыл рот, ему оставалось только бессильно пожать плечами.
Амос захихикал. Те двое обернулись к нему, как раз когда из автомата выскочила исходившая паром и благоухающая модифицированным луком миска.
– Так заткнуть капитана – это первый приз в конкурсе пинков, – объявил он. – Я здесь не командую, но если у тебя есть Бобби, как не послать ее на передовую? Чтобы варить металл, берут сварочный аппарат. Чтобы стрелять – ружье. Чтобы придавить на хрен шайку мерзавцев, берут Бобби Драпер.
– Для каждой работы свой инструмент, – в голосе Бобби звучало «спасибо».
– Ты не инструмент, – огрызнулся Холден. И вздохнул: – Но ты права. Ладно, дай только время обсудить это с Па, Авасаралой и советом АВП, или как там его называть. Вдруг кто-то придумает что получше.
Амос зачерпнул ложку лапши, втянул ее в рот и улыбнулся, жуя.
– Хорошо, – согласилась Бобби. – Но в скобках замечу: приличный план сейчас лучше блестящего, когда будет поздно.
– Я тебя понял, – сказал Холден.
– Вот и хорошо, – кивнула Бобби. – А что этот дерьмец Дуарте? Чего ждет от него Авасарала?
– Знаешь, – с лапшой во рту начал Амос и проглотил. – Стыдно вам мешать, но не одолжишь ли мне ненадолго капитана?
– Что-то случилось? – спросил Холден в один голос с «конечно» от Бобби.
– Просто хочу кое-что проверить, – улыбнулся Амос.
Холден обратился к Бобби:
– Тебе бы отдохнуть немножко. Я разошлю наши предложения. Поспим, позавтракаем и, пожалуй, дождемся ответов.
– Резонно, – признала Бобби. – Вы тоже поспите, да?
– Буду спать как убитый, – посулил Холден, – только сперва закончу.
Бобби, выходя, ткнула Амоса кулаком в плечо: «Спасибо за поддержку». Баба ему нравилась, но поддержал он ее не потому. Надо забить гвоздь, бей, так его и так, молотком. Это всего лишь разумно.
Амос сел на освободившееся место, но боком, привалившись спиной к стене, а одну ногу вытянув вдоль лавки. Пискнул его ручной терминал. Сообщение, что Персик освободила команде доступ к местам ремонта. Пока он просматривал его, пришло новое: Алекс явился на борт. Амос отключил оповещение.
Холден выглядел совсем паршиво. То есть не просто усталым. От усталости у него кожа становилась как воск, а глаза вроде как проваливались в глазницы. Стало быть, не просто вымотался. Что-то другое. Кэп походил на пацана, прыгнувшего в глубокий конец бассейна и теперь соображающего, позорно орать «Спасите!» или утонуть с честью.
– У тебя все в порядке? – спросил Холден, пока Амос собирался с мыслями.
Холден обвел ладонями стены и переборки, палубу и посты за ней. Всю вселенную.
– Порядок?
– А то. Мы с Персиком наводим последний блеск.
– Ну и?..
– Я просматривал запись боя. Знаешь, обычное дело: проверял, все ли «Роси» проделал, как полагается. Не надо ли чего подкрутить или подпилить. И, понимаешь, там среди прочего есть графа «эффективность боеприпасов».
