– Знаю, – кивнула она. – Должно быть, я слишком долго прожила с тобой. И думать стала как ты. Вернее, ну… как ты раньше.
– Я и сейчас так думаю, – возразил Джим, подтягивая стул и усаживаясь позади нее. Голову он пристроил ей на плечо. Когда заговорил, Наоми кожей ощутила, как дрожит его горло: – Я теперь больше боюсь, как бы не оказаться в ответе за что-то огромное, нежданное и ужасное, но думаю все так же.
– Непоколебимая вера в человечество.
– Так и есть, – признал он, качнув головой. Или, может быть, ткнувшись в Наоми носом. – Вопреки очевидности, по-прежнему уверен, что сволочи – исключение из правила.
Наоми откинула к нему голову, утешаясь самим его присутствием. От него исходил странный запах – слабый, сложный и приятный, как от сырой почвы. Она не верила, что он ей когда-нибудь надоест. Джим давно не брился. Отросшая щетина щекотала, как кошачий язычок. На мониторе показатель передачи данных сдвинулся еще на десятую процента. Где-то за стеной звучал знакомый и сильный голос Бобби. Гудели и щелкали, беседуя сами с собой, воздуховоды, слабый сквозняк пах пластмассой и пылью.
Она не хотела спрашивать, но и удержаться не смогла.
– Есть новости из дому?
Почувствовала, как он напрягся. Сел прямо, и нагретому им кусочку ее кожи стало холодно. Наоми повернула свой стул к нему. Искусственное спокойствие его лица говорило ей, что Джим пытается смягчить удар, как будто, подобрав слова полегче, мог что-то исправить. Она видела это выражение лица столько раз, что поняла без слов.
– Они на подходе. Свободный флот. С Лаконии никаких признаков активности, но Авасарала отследила пятнадцать слетающихся к вратам кораблей. Большей частью с юпитерианских лун.
– Есть шанс, что они будут входить по одному, чтобы Алекс с Бобби успели их перестрелять? – с наигранным простодушием осведомилась Наоми. Подействовало – Джим улыбнулся.
– Готов поспорить, они ломанутся, как команда регбистов. Если бы привести в рабочее состояние пару рельсовых, по-моему, был бы шанс. И еще бы ядер побольше. Оказывается, расстреляв пару тысяч целей, рискуешь выжечь боезапас.
– План у нас есть?
– Парочка есть, – сказал Джим.
– Хоть один хороший?
– Вот это нет. Ничего подобного. Только разные оттенки ужасных.
Пискнула передача данных: пакет отослан, и от Наоми ждут следующего. Новых посланий в бутылках.
– Ладно. И какие?
– Классика: дерись или беги. У нас остался «Роси», и шлюпки еще годятся для абордажа. Один вариант: набить шлюпки войсками, разместить их по кромке кольца и взять корабли Свободного флота на абордаж. Преимущество в торпедах не поможет им при рукопашной в коридорах. Теми кораблями, которыми не сумеем овладеть, займутся «Роси» и оборона Медины. Большая куча-мала с надеждой, что мы окажемся сверху.
– Есть шансы, что получится?
– Ужасно, ужасно мало. Тупой план, как ни смотри. Куда вероятнее, что ОТО Инароса сострогают все наши шлюпки в металлическую стружку, и близко не подпустив. А если наши и высадятся, на каждом корабле у него будет отбиваться полная команда.
– А что с бегством?
– Загрузить «Роси», выбрать кольцо и сваливать на хрен из Додж-сити, пока не показались плохие парни.
– Бросив Медину?
– Медину. И «Джамбаттисту». Все бросить. Поджать хвост и рвануть сломя голову. Позволить Свободному флоту заново обосноваться в медленной зоне в надежде, что следующая атака единого будет успешнее.
– Где «Пелла»?
Холден вздохнул.
– Во главе воющей стаи.
Наоми отвернулась от него к экрану.
– Тогда остаемся здесь.
– Я еще не решил, – возразил Холден.
– Да, ты себя еще не уговорил, – согласилась она. – Сам знаешь, если сбежим, Марко погонится за нами. Будь мы другим кораблем или Марко – другим человеком, может, и игра пошла бы иначе. А так мы выбираем между боем здесь с немногочисленными союзниками и недостаточным обеспечением или дракой по ту сторону кольца, где у нас будет еще того меньше. Вся разница.
– Я… ну… – Джим глубоко вдохнул и выдохнул, сложив губы трубочкой: – Дерьмо.
– Сколько обломков от волны обманок можно собрать?
– Все, что не вынесло за кольца, – ответил Джим. – Думаешь, собрать все к кольцу Сол и надеяться, что Свободный флот врежется?
– Врата не так уж велики, – напомнила Наоми.
– Три четверти миллиона квадратных километров, – согласился Джим. – На пятнадцать кораблей. Даже рассыпь мы обломки по песчинкам, Свободный флот, скорее всего, пройдет и не заметит.
– Знаю, – кивнула Наоми. – Но есть надежда, что хоть один врежется. И будет их одним меньше. Нам либо рисковать, либо сдаваться. И даже если мы проиграем…
– Я не собираюсь…
– Даже если проиграем, – повторила Наоми, – есть разница, как проигрывать. Ты не напрашивался ни в какие символы, знаю. Просто уж так оно вышло. Но когда вышло, ты этим воспользовался. Все твои видеоочерки, показывающие, что на Церере – люди как люди…
– Они не про меня были, – неубедительно и виновато попытался отбиться Холден.
