В следующие полминуты события развиваться в стремительном темпе, за которым помутненный разум Синтры не вполне поспевал. Движением ног Мракоцвет погреб раскаленные каминные камни под темно-пепельным песком и вернул заброшенный зал во тьму. Жестом он приказал встрепенувшимся ходокам оставаться на месте и потянулся к вещам Синтры. Неважное состояние женщины было для хранителя кристально ясным. Ножны с изящным скимитаром из черного железа и арбалет, мастерски вытканный Гаором, полетели Нуаркху. Скиталец уже был на ногах, ловко поймал оружие и ринулся к бледной, которая так и не нашла сил окончательно подняться.
— Какая замечательная работа! Если тебя порубят на куски, то я заберу арбалет себе! — громко прошептал тоннельник, бесцеремонно вздергивая девушку на ноги. Затем он неохотно отдал изящный арбалет и вонзил скимитар у ее ног. От резкого подъема Синтру немного замутило, но отточенные рефлексы перехватили у запаздывающего мозга контроль. Они заставили бледную укрыться в тени алтаря и навести оружие на единственный вход. Арбалет, словно живой, проворачивался в поисках жертвы, а разрывные болты нетерпеливо дрожали в кассете.
Нуаркх не был уверен во враждебности нападавших, поэтому копье Синагара не покинуло металлической темницы. В руках тоннельника появилась увесистая алебарда из черного железа, выкованная по схемам тоннельных скитальцев. Для хинаринцев она была некомфортно тяжелой, а толстое древко вырывалось из коротких пальцев. Занеся оружие над шипастым плечом, Нуаркх замер слева от выхода. Место рядом с Синтрой занял Мракоцвет и его пламенная пика. Конус свободного Тепла, который извергнет острый наконечник, запечет нападающих в собственных латах, а выживших перекроит непредсказуемым, уродливым образом. Перекресток, богатый свободным Теплом, уже провернул похожий трюк с самим Мракоцветом.
Гаор, подобно Нуаркху, затаился у входа, а сферу кипящей похлебки отправил парить под потолком. Трансформированное тело змея представляло странное и пугающее зрелище, даже Нуаркх с интересом наблюдал за исполинским неподвижным силуэтом. Вес огромного Лим'нейвен нес необъятный хвост, а корпус и выгнутая шея исчезли в тенях над двухметровой входной аркой. Дорожный плащ спал с не по-Змеиному широких плеч и обнажил корпус, сильно напоминавший синитский. Неправдоподобно вытянутый, слабо мерцающий клеймор готовился обрушиться на первого, кто ворвётся в лагерь. В тоже время Гаор сохранял черты, присущие исключительно Урбским Змеям. Его грудная клетка не раздувалась от вздохов, а тело сохраняло неестественную неподвижность. Змей растворялся в тенях и был пугающе незаметен. Только крошечные глаза, слабо просвечивающие сквозь закрытые веки, намекали на его присутствие.
— Властью Десницы! Сложите оружие! — в пещеру влетел сильный женский голос. Никто из наемников не последовал властному приказу, только Гаор уставился на Синтру и Мракоцвета из-под опущенных век. Хинарика и хранитель синхронно кивнули и принялись сверлить вход прищуренными глазами. Сквозь скрипение натянутой тетивы, Синтра стала различать шелест стальной чешуи и шуршание тяжелых сапогов на мягком песке. Затем в разлаженный хор стали, кожи и камня вернулся поставленный командный голос:
— Повторяю! Сложите оружие! Покиньте здание! — призыв прозвучал еще тверже и настойчивее. После короткого и бесплодного ожидания, голос добавил тише, — шеренгой по двое. Щиты поднять.
Синтра напряглась и прильнула к дереву резного приклада. Мракоцвет шумно выдохнул и приложил древко пики к скуле, пестрые лоскуты высушенного мха коснулось его деформированных челюстей. Свет, что лился в пещеру, перекрыли спины приближающихся гостей. Хинаринка с тревогой осознала, что закатное солнце окутывало фигуры сверкающим ореолом и окрашивало в равномерно черный цвет, не оставляя возможности разглядеть накидки Внешнего Кольца. Гаор уже разминал пальцы на эфесе меча, а Нуаркх поудобнее перехватил пугающую алебарду.
— Среди вас есть Каменный Страж!? — выкрикнула Синтра, вспомнив про загадочный клинок из черного железа, приближение которого почувствовал змей, — продемонстрируй Нар'Охай, и мы опустим оружие!
— Откуда такая подозрительность! Мы буквально у подножья восточного бастиона! Мое имя Рикиоти Хан Арак! — ответил раздраженный женский голос из-за стены каплевидных кожаных щитов. После напряженной паузы очень узнаваемая дуга Нар'Охай, прикованная к толстому запястью, поднялась над вжатыми в плечи головами. Клинок был куда убедительнее цветастых накидок, поэтому Синтра решилась опустить арбалет и выйти из-за укрытия. Мракоцвет последовал ее примеру, и медленно отвел пику.
— Теперь и вы опустите оружие, здесь вам не на кого его направлять, — потребовала Синтра, поднимая вверх руку с эмблемой Пяти копий. Солдаты не спешили следовать ее просьбе и нервно косились на нависающую фигуру Урбского исполина.