— Я все равно выиграл. Изумрудного Десницу ты отобьешь только Хаккаром Ослепленным, которого прячешь в сапоге, но у меня еще есть племянник Ио и две обычных Тени. — Заунывно протянул сухой Синит, мусоля пальцами кончик косы, в которую перетекало скуластое лицо. Веки выпученных глаз были опущены, но не могли утаить рыжеватые кольца Ирисов.
— Чтоб тебя Стена разорвала, Сиом! Как ты мог потерять старые карты? — Огромный тоннельник раздражено выхватил карты из полудюжины тайников и швырнул на стол.
— Они невидимые, Гарх! Их сложно найти! — Синит оскалил ряды желтых клыков и ударил по натужно загремевшей столешнице.
— Это твоя работа! Найди их или выложишь хаки за новые! — Непреклонный Хранитель сложил руки на широкой груди.
— Заткнись. — Сиом отмахнулся всеми четырьмя лапами, а после осекся и развернулся к винтовой лестнице на нижние уровни шпиля. — Нуаркх, наконец, соизволил привести того ловчего.
— Саррины! Не могли бы вы помочь?! — Звонко воззвал одноглазый тоннельник, упираясь колесами каталки в спираль крутых ступеней, взмахнул защитным оберегом и передал его Хенши.
— Он еще и охромел. Настоящий ценитель активного отдыха. — Сиом переглянулся с посвистывающим от смеха другом, а после подхватил каталку незримыми щупальцами. Поскрипывающее кресло взмыло на вершину центрального Шпиля, принося хрипящего от боли Нуаркха.
— Скучаете? В этом сезоне никто не пытался поднять руку на нашего Яркоокого? — Захрипел Нуаркх, медленно опустившись перед стражами.
— Две недели назад были последние. Зелоты с Сина. — Хранитель мрачно улыбнулся парой завораживающих металлических глаз.
— Тебе это понравиться! — Вклинился Синит, с трудом сдерживая певучие смешки.
— Пытались прикончить Калрингера за то, что он правит Башней без позволения Перламутрового Синглинга. — Выпалил Гарх, взрываясь какофонией свистящего хохота. Когда толстые костяные пластины естественного панциря перестали трястись, он лаконично добавил: — Фееричные дебилы.
— Синиты, при всей своей миролюбивости, готовы резать глотки за каждый камень, отдалено напоминающий Сина. Не в обиду, Сиом. — Натужно просипел Нуаркх, загибаясь от болезненного кашля.
— Я давно проникся духом цивилизованных Миров, Нуа. Камни мне заменили хаки. — Отозвался Синит, с интересом изучая дрожащие лоскуты, которые остались от правого легкого тоннельника.
— Кстати, о хаках. Вам не нужна пара Алчущих? — Буднично предложил Нуаркх.
— Не переживай. Мы уже отобрали один у бесстыжего оборванца, который поселился в твоих комнатах. Пытался угрожать амбалу повару. — Отозвался Гарх и стиснул мрачные ножны в когтистой лапе.
— Еще один ценный урок для него. С каждой минутой, все больше убеждаюсь, что Перекресток — прекрасное место для этого дитя.
— Скорее вора или грабителя… — Пренебрежительно отозвался Синит и уставился на Хенши, который преодолевал последние ступени лестницы.
— Не самая дурная стезя. По крайней мере, он не подался в стражники. — Язвительно перебил Нуаркх, заметил направление мерцающего взгляда Лим'нейвен и представил стражникам Ловчего: — Хенши Хан Горо, Каменный Страж времен первой войны Верха и Низа.
— Похоже, в этот раз ты покалечился не зря. — Сиом учтиво пожал протянутое стальное предплечье. Гарх ограничился кратким кивком.
— Поторопись к старику, он уже распорядился о пире. — Золотоглазый Хранитель метнул Нуаркху очки из темного Урбского обсидиана.
— Развалина рада отправиться на второй круг. — Улыбнулся Нуаркх и прикрыл чувствительный глаз зеленоватой пластинкой.
— Уже велел начистить старые латы. — Сиом заговорщически прикрыл ладонью длинный разрез зубастой пасти.
Стоило створкам стальных ворот приоткрыться, костяная маска Нуаркха утонула в потоках синего света. Кольцо пола, украшенное буро-голубой плиткой, заключало вершину Ядра, сотканного из крупных Слез. Заполненные камни топили в энергично вибрирующем сиянии два устрашающих, крупных силуэта. Первый принадлежал Аргийцу, который непринужденно прогуливался на трех парах лап и блаженно впитывал Тепло кожистыми крыльями. Вторым силуэтом был Калрингер — Архонт Башни Перекрестка. Ренмайер грузно сидел на мягком парящем кресле, свесив длинные босые стопы, обвитые вздувшимися венами. Тело Ткача было огромно, но мускулы обратились кусками дряхлой плоти и сползли с положенных мест. Вертикальные полосы, которые пересекали лицо, стали границами складок обвисшей кожи. Скулы старика болезненно обострились, предплечья истончились и выпятили шишковатые запястья, а узловатые, ухоженные пальцы неудержимо тряслись. Дряхлеющее тело давно не могло полностью использовать потенциал Архонта и вынуждало его находиться рядом с нестабильным Ядром, чтобы не дать Башне исчезнуть во вспышке неконтролируемого Тепла.
— Приветствую Аргийцы, выглядите получше облезлого Ортисса. — Звонко прощелкал Нуаркх, повернулся к Архонту и ехидно продолжил: А ты, Рен, стал вдвое дряхлее.
— Карлик начал подбираться и к тебе, костяшка. — Отозвался Калрингер и нахмурил кустистые седые брови, под которыми сверкали голубизной неприятно яркие глаза.
