— Никак. Никаких флиртов. Но накормить обязательно! Она об этом просто забыла. Если успеешь — до. Не успеешь — после. Это — обязательно, не забудь! Подходишь, разишь в сердце аккуратным изысканным комплиментом, и уводишь к себе в кубрик. Слово «красавица» не использовать. Я его замурзал слегка, пока успокаивал…
— Крош, это Ярцев. Если про еду забыла, то про путешествие в кубрик ты забудь — слишком долго и далеко. Всё серьёзно. Смотри, как она идёт, её ноги не слушаются. Это же не на Земле по асфальту в парке гулять. Как бы не случилось чего по пути в жилой сектор. Веди в японскую сразу, тут не жарко, сейчас стопку махровых простыней бросим на лежак, они мягкие. Мы выходим, обеспечив экспресс интим, вас не побеспокоит сегодня никто. Ага, Кирилл «топливо» подогнал… Так, запоминай: вода — прозрачные двухлитровые бутылки, тройка коктейлей — еда, в синих, полулитровых… что тут ещё? Маленькая, чёрная — тебе. Афродизиак, если выдохнешься раньше времени. Ты где его достал, Кир? Ну, ты даёшь… Крош! Давай, друг, спасай девочку. Готово всё!
— Эй, парни, может, просто кольнуть чего даме, на понижение тонуса? Это вернее, надёжнее…
— Умри, злодей от медицины! Крош, не слушай его — действуй.
— Мариша, заканчивай конференцию, — распорядился Кирк, — И дай мне на связь Берсенева.
— Мариша, дай мне Берсенева на связь.
— Выполнено, майор Олсен.
— Гай?
— Слушаю, Кирк. В чём дело? Голос у тебя странный.
— Заговоришь тут странным голосом. Ответь мне, друг, ты в курсе, какой побочный эффект даёт комплекс полиреактивного мутагена в процессе инициации? Да ещё с учётом накопления воздействия в течение месяца?
— Не понял? Какие побочные эффекты? Мне не докладывали!
— Поскрипи мозгами сам, не заставляй меня ругаться.
— Ну-у, что там… погоди, сейчас гляну… Кирк, я не вижу ничего криминального. Приличное повышение гормонального фона только. Но, это естественно после такой встряски организма, насколько я понял. Всё остальное должно в норму прийти, по завершении месячного цикла инициации. А побочный эффект твой решается простой качественной сексуальной связью. Чего ты панику поднимаешь, я не понял. Какие с этим могут быть проблемы?
— А ты умножь ситуацию на восемьдесят шесть кадетов женского пола, прибавь шестнадцать кадетов мужского, перенеси ситуацию сюда, на орбиту, и наложи сверху разницу социального восприятия, воспитания и возникающие при этом сложности с коммуникацией между полами. И это — только первая рота. Запланировано ещё две, я не ошибся? На всякий случай напомню: территориальное решение этого вопроса здесь, на орбите, мы не предусмотрели. Так же, как и специального клуба знакомств у нас здесь тоже нет. Это на планете просто — зашёл в привычный социальный контакт, нашёл готового партнёра в радиусе пары километров, договорился, встретился. У него, у себя, или на нейтральной территории. И нет проблемы. Здесь ничего такого не предусмотрено просто. Мы виноваты. Про сложность коммуникации не забудь. Дамы банально теряются, не представляют, как себя вести с парнями. Мы для них — вроде инопланетян, другой вид вообще. Некоторых наш «оголтелый, брутальный сексизм» пугает просто. Несмотря на то, что, наконец, просыпается естественный инстинкт, и они с удивлением обнаруживают, что им нравятся нормальные, интеллектуально и физически развитые парни. Если ты помнишь, двадцать восемь из этих девчонок «мои». Сам с ними работал, имею возможность говорить о статистике. Парни, салаги из «яслей», кстати, тоже растеряться могут запросто.
— А… это… ну… ой-ё-о…
