— Командир пилотажной группы, лейтенант Синди Леннокс. Готовьте роту к курсовой коррекции, капитан. Нагрузка 4g, усилие 7 град-грав, вектор альфа-восьмая-7-16-23, растяжка по времени сто тридцать секунд на сорок.
— Рота! Готовность к импульсу — две минуты. Таймер пошёл. Медикам — определиться с индивидуально допустимым составом компенсаторов. Длительность импульса — сорок секунд.
— Необходимо с «Праймом» связаться, — заявил Ярцев.
— Причём срочно! — добавила Леннокс.
— Понял тебя, лейтенант. Сформируй базовый пакет и пересылай. Ярцев, Колычев, ловите канал связи и, по окончании импульса, дуйте к ним в приват. Собирайте всех: Петрова, Анохина, Северцева… поясните им, что сможете.
— Самонадеянные мы обормоты, инфантилы обнаглевшие… в межзвёздный прыжок собрались, недоучки… — пробормотал Колычев. На этой патетически ворчливой ноте он исчез из общего канала связи.
Воцарилась тишина. Медленно капали секунды, тянулись, отсчитывая время до маневра. Последние десять секунд подкрались и резко, и всё равно неожиданно. Вдох-выдох, зажать зубами пластичный материал капы… три, два, один — толчок. Что там — 4g, ерунда, в принципе. И всего на сорок секунд. Нет, понятно, при 4g не побегаешь. Даже поползёшь с трудом. А многие и этого не смогут. Но тут-то, в кокон-капсуле? Лежи себе и лежи.
— Попытка два! — снова лейтенант Леннокс, забыла с ротного канала выйти? — Координация по коррекции один. Контроль реакции пилотажного искина. Опциональная тарировка систем группы «бета». Геля, контроль по формуле семь. Отчёт помодульно. Перераспределение нагрузки энергоконтура. Разгонная карта максимальна. Переориентация силовых блоков. Оптимизация калибровки линий подачи. Системная синхронизация. Двести тридцать секунд процессировки. Дублирую данные. Нагрузка 9,183g, контроль компенсирующего комплекса… усилие 19,12435 град-грав, ждать отзыв на готовность разгонного блока!.. вектор альфа 8,197683, координирование 16,183-16-41,234. Тася! Математику на контроле держи! говорила — контроль искина!.. растяжка триста сорок на двести секунд, — она бормотала всё это скороговоркой, возможно дублируя голосом данные для пилотажной группы.
Но уж никак не для всей роты.
И голос такой… спокойный вроде, но волосы в шлеме зашевелились.
— В чём дело, лейтенант? — Тимирязев. Тоже спокоен, только, почему-то сразу понятно стало, чего ему стоило это спокойствие, — Вы всё ещё в общем канале связи. Поясните ситуацию.
— Нештатное срабатывание коррекции вектора, — отозвалась Леннокс, — Непредвиденное силовое воздействие неизвестного происхождения, возможно комплексное. Сбой импульса смещения. Сбой ориентационного оборудования. Сбой в реакциях искина-пилота. Аналитическая группа фиксирует и маркирует новые виды воздействий… внесли в каталог. Обрабатываем дублирующими искинами… стандартной классификации пока не поддаётся. В известные схемы силовых воздействий не вписывается. Возросла возможность распознавания наличной аппаратурой, условно учтено для следующей коррекции… Введён новый коэффициент определения относительного смещения.
— Попробуйте перевести на нормальный язык, лейтенант. Проще, пожалуйста.
Леннокс неожиданно шумно выдохнула. Ответила:
— Нас выталкивает за линзу Колычева, капитан. С совершенно необъяснимой скоростью. Я бы даже сказала… солнечная система «притормозила» ради нас. Реально, такой тормозной импульс дала — платформы… мы её не догоняем. Звучит как полная чушь. Но, именно так описывают процесс искины. Мы не учли чего-то, возможно — базового, просто не знаем, что искать. Межзвёздные разведзонды этого явления не описывали. Те, что вернулись. Скорее всего — просто не смогли, не поняли, проигнорировали. Или не подверглись воздействию, по неизвестным причинам. Но, они совершили по два межзвёздных перехода, «туда и обратно». Шли по более настильной траектории, относительно плоскости эклиптики — для беспилотников это оправдано. Это даёт шанс надеяться… Что стало с теми, которые не вернулись, мы даже предположить не смогли. Никакой настораживающей телеметрии с них не поступало, просто была потеряна связь. Сейчас, я полагаю, тем нескольким зондам просто вернуться к Земле — повезло. Не знаю почему. Нечаянно выполнилось условие для межзвёздного прыжка. Это всё ещё изучать предстоит. Но. Для начала — НАМ надо просто вернуться в систему.
В Солнечную систему.
