— Конечно, соблазнительно ввести половую дискриминацию «по Лузгину». Только возможности такой мы не имеем. Слабоваты у нас мужчины в массе. Не кем дискриминировать. Понятно, что не все бойцами могут быть, от природы. Не все готовы реальную «мужскую» ответственность осознавать. Я имею в виду и психологический, бытовой фактор, в том числе. Но! Таких у нас — до сих пор большинство. В этом и трагедия, Ян, — Гай, внимательно посмотрел на неё, вздохнул, — И, правоты Руслана это не отменяет: социум, строящий группы риска из женщин — мало жизнеспособен. И. Нам мужчин больше взять негде! Поэтому, необходимо срочно носителей причиндала в настоящих мужчин переделать. И как можно большую часть риска и общей нагрузки на них переложить. Тогда можно будет и девчат дискриминировать по половому признаку, из групп с повышенным риском для жизни их исключать. Ну, или, хотя бы снизить гендерное соотношение в таких группах в пользу мужчин. Именно это и послужит стимулом для инициации материнского инстинкта. Только, как это делать — ума не приложу. Получается — «рождённый ползать, летать не сможет», учи его, не учи. Вся надежда на будущие поколения. Но! Пока у нас девчонки на ядерных ускорителях по космосу носятся, или тащат на себе основную социальную нагрузку — ни о каком полноценном восполнении численности населения можно даже не мечтать. Именно в этом Руслан прав. Именно это он имел в виду. У нас основная нагрузка по формированию колонии на девчат ляжет, на Экспертизе. Нам придётся графики беременностей им составлять, или на время «командных родов» работу саботировать, в том числе и в открытом пространстве. А это, как ты понимаешь, основа всего… не пыхти, Лекс. Я знаю, у тебя три с половиной сотни реально грозных парней. Но, они — шпионы, диверсанты, по сути, не солдаты. Разницу ты лучше меня понимаешь. К тому же, при всём желании, все возникшие бреши в работе, мы твоими парнями не заткнём. Тем более в открытом космосе. Увы, это примерно то же самое, что микроскопом гвозди забивать. Но, другого выхода у нас, похоже, нет. Вот. Трагедия — финал… Хотя, это конечно хорошо, что надобность в таком количестве особистов отпала. Что-то мы про твоих парней и забыли, даже…
— Несколько многословно и запутанно, но в целом ясно, — сказала Джамбина и вздохнула, — По крайней мере, мне это многое объясняет.
— Да ладно вам! — Лекс махнул рукой, — Ну? Кончились, наконец, стенания? Тогда слушаем меня. «Шпионская» нагрузка сейчас в разы спала, правильно. Ещё в себя мои парни не пришли, это понятно. Вчера ещё на Земле были. Но, поверьте, уже через сутки, они от безделья ныть начнут. Изнывать. Вы не представляете себе, как они в космос рвались! Эт-то что-то!!! Вот где мотивации на всех хватит! И не просто мотивации, а жажды жизни. Поэтому, человек двести шестьдесят я тебе под перековку в десантуру выделю. Так что ждите «свежую струю». Только программу переподготовки проработать надо тщательно. Но, как я уже сказал, сутки на это у нас есть. Можете, даже, учёными девками моих парней разбавить, — он сделал театрально-широкий жест рукой, — Сбацаем три, а то и четыре полноценных роты… Нет, для начала лучше всё-таки — две. Мои парни найдут, чем заняться. Над программами переподготовки более тщательно сами поработают, к примеру. С оружейниками более плотно пообщаются. Недельку им притереться, потом они и девчат, и научников быстро воспитают, по боевым дисциплинам подтянут. Процесс, замечу, двусторонний будет, и у девчонок, и у научников есть чему поучиться. Девчата наши, первая рота, настоящие вояки, уже совсем почти. Мои парни быстро к ним приспособятся, смогут настроиться на настоящую армейскую струнку. Дайте месяц срока, они в космосе себя, как рыбы в воде чувствовать будут все. Я новые роты имею в виду. Если отпустите меня, сам с ними капитаном пойду. Больше роты под командование не возьму пока — не потяну. Специализация другого профиля. Должность рядового не выпрашиваю даже. Понимаю, таких щедрот от вас не дождёшься.
— И не стыдно тебе должность рядового выпрашивать! — возмутилась Николь.
— Стыдно, — покаялся Лекс, — Больше так не буду. А то ещё разлюбишь меня, к другому уйдёшь. А я ревнивый, жуткий собственник. С кем я тогда буду ребёночка делать? Мне другие не нужны — я тебя люблю. Уйдёшь — лягу и утоплюсь, с горя. Или на раме ЛАКа повешусь.
— Там невесомость, герой-висельник. Там гравы не действуют, — сказала Николь и неожиданно смутилась.
— В другом месте вешаться — смысла не имеет, не интересно. Топиться тоже лучше в космосе, на каком-нибудь силикатном осколке. Мы не ищем лёгких путей! Поэтому и прошусь в десант.
— А ведь, это реально поможет выровнять ситуацию, — прервал их пикировку Лузгин.
