— Руслан? Это потрясающе! А вы нам ещё зелёный свет давать не хотели! Такой материал для исследований! Совершенно необычное искривление! Ты просто представь себе: искривление меньше четырнадцати риманов! Напряжённость структуры девяносто шесть град-грав! Если бы мы переходили в систему Экспертизы — переполох бы устроили вдвое больший!
Да? Рус попытался «отпустить» нервы. То есть это не переход? Не «гости»? Уф, здравствуй, милая аномалия!
Нет. Не получилось.
В голову настырно лезло сравнение гауссовки и фитильного ружья: намекала на себя примерно такая же технологическая пропасть. В том смысле, что от древнего мушкета спецэффектов однозначно больше, там и грохот, и дым с огнём. А вот в плане эффективности…
— Семён! Семён, слышишь меня? Разворачивайтесь! Уходите оттуда! Немедленно уходите!
— Рус, вы там совсем, что ли? — возмутился Петров, — Какой «уходите»? Мы получаем бесценную информацию по пространственным искривлениям! У меня столько новых идей созрело! Это будет прорыв! Я, наконец, понял, в каком направлении искать! Мы сможем модернизировать двигатели! Мы наконец-то получим обоснованные предпосылки в конфигурации более адекватных моделей ЛАКов! Не паникуйте. Вы нас ещё чествовать и благодарить будете! Я предвкушаю ваш виноватый вид и готовлюсь принимать извинения с поздравлениями вперемешку… Оп-па! Я вижу! Я его вижу! Так… ты и ты снимайте показания… замеряйте…
Он подбадривал свою команду, щедро пересыпая распоряжения терминами. Руслан похолодел. Командная рубка «Прайма» молчала в оцепенении. Все уже поняли — от КОНТАКТА отвертеться не удастся. Потому что — вот он. Сам к ним пришёл. Столько ждали, готовились, мечтали и фантазировали. А когда случилось… ну, почти случилось… оказалось, совершенно неясно, что делать. Растерянность парализовала все мыслительные процессы. Так, наверное, замирает любое животное в джунглях, встретив неизвестное до этого существо. Только Лузгин продолжал настойчиво твердить:
— Семён! Возвращайтесь! Просто уходите оттуда! Я приказываю!.. Я прошу тебя — просто возвращайтесь!
— Ух-ты!!! — восхитился вдруг Петров, — Какая огромная штука… Народ, вы не поверите. Но к нам идёт планетоид!
Его заявление дышало дебильным инфантилизмом. Лузгин продолжал упрямо и безрезультатно уговаривать астрофизика. Впрочем, тот его всё равно не слушал.
— Какой, нах, планетоид? — изумилась Симон.
— То есть — это не разумный корабль?! — невпопад оживился Гай.
Джамбина выдохнула, она не заметила, как задержала дыхание.
— Да-вот! — нервно заявила она, — Это не космический корабль разумных существ, Гай! А вы панику подняли. Пушки свои растопырили уже, миллитарюги! Планетоид! Всего лишь планетоид! — она неестественно рассмеялась.
— Оп-па! А вот и гость! — радостно воскликнул Петров, — Фиксируйте! Всё фиксируйте! Каждый бит инф…
Экраны визуализаторов продёрнуло рябью, связь прервалась. Но уже через несколько секунд восстановилась, изображение обрело чёткость. На планетоид объект походил не более чем валун на танк. Его искусственное происхождение не вызывало больше сомнений. То есть вот оно — свершилось. КОНТАКТ.
По форме, что-то вроде сплюснутого шара. Он покачивался на Солярной орбите Сатурна, как брошенный в воду мяч. В трёх с половиной световых секундах. Вписываясь в карго габариты 700 на 400. В километрах.
Николь проглотила очередное ругательство, подобралась:
— Рус? Очнись! Я жду приказов, командор!
— Семён. Уходите оттуда, — голос Лузгина был неестественно спокоен, — Ты обещал, помнишь?
— Да ладно, Руслан, не паникуйте, — в голосе Петрова звенела детская радость, — Мы успеем ещё уйти. Дистанция до объекта триста одиннадцать мегаметров. Не беспокойтесь! Всё-всё, мы уходим к Сатурну. Начинаем трансформацию, ориентируем движки на реверс. Если вас это успокоит, то оружия, действующего на таких дистанциях, не существует! Так что — отставить панику, солдат! Кстати! Если мы будем медленно отходить в вашу сторону, они поймут, что это приглашение к диалогу! Будет выглядеть так, словно мы их приглашаем! Так что, готовьтесь вступить в контакт! Уоу! Какие у них интересные должны быть технологические решения! Компенсировать силовую структуру такой громадины — дорогого стоит! Нам бы так научиться! А!? Это подстегнёт наше развитие скачкообразно! Обгоним в развитии сами себя!
Он радостно рассмеялся и потёр ладони.
Гость зашевелился. Как черепаха, вылезающая из своего панциря. Почему-то возникала именно такая ассоциация. А потом вдруг его громадную тушу и прототип корвета соединили несколько ярких, лохматых плетей. На долю секунды. Мигнуло так быстро, что, вроде бы и почудилось. В оптическом диапазоне — чисто. Мало ли, визуализаторы ЛАКов шалят? Люди заморгали. Корвет тряхнуло, Петров вылетел из приёмного поля камеры, видимо упал. Но тут же вскочил и начал удивлённо ругаться. Корабль физиков резко потерял скорость, и начал смещаться вне запланированных траекторий.
— Ничего не понимаю, — пожаловался Семён, — Что это было?
