Пол под моими ногами внезапно взорвался. Я почувствовал, как мне по лодыжке хлестнул стальной кабель, потащил, а когда я упал, то нос мой заполнил жуткий смрад. Я зацепился за что-то замедлившее моё падение, но продолжил падать до конца. Шум был жуткий. Потом падение внезапно остановилось, я не был полностью уверен почему. Примерно сто предметов свалилось на меня разом, вышибив из меня дух.
Я лежал ошеломленный несколько секунд, с трудом вспоминая как дышать. Пол. Перевертыш пробил путь наверх ко мне через пол. Это сбило меня с ног — но все падающие обломки должны были сквозь пол сокрушить следом перевертыша.
Я пролетел два этажа посреди наверно тонны мусора, и мне удалось выжить. Впору говорить об удаче.
И тогда под нижним отделом спины что-то двигалось.
Обломки зашевелились, и сквозь них раздался глухой рык.
В панике, я попытался заставить свое ошеломленное тело бежать, но прежде чем я вспомнил, как это делается, желтая мохнатая, слишком длинное рука вырвалось из-под обломков. Быстрее чем вы бы успели сказать "конец Гарри Дрездену", его длинные когтистые пальцы со страшной силой сомкнулись на моем горле, перекрыв доступ воздуху.
Есть кое-что, чего не знает множество людей: удушение невольно причиняет боль.
В шее возникает жуткая сокрушительная боль, следуемая за почти мгновенной волной ужасного давления, взрывающего вашу голову на крошечные кусочки изнутри. Это кровь, оказавшаяся в ловушке в вашем мозгу. Накаты и откаты боли соответствуют биению сердца, которое все набирает скорость.
И неважно, худеющая ли вы супермодель, или накачанный стероидами профессиональный борец, потому что на это не вопрос силы или силы воли — это простая физиология. Если вы человек и вам нужно дышать, вы потерпите неудачу. При должной сноровке душителя, вы потеряете сознание через 4–5 секунд.
Конечно, если душитель захочет причинить жертве больше страданий, они могут не заботиться об этом, продлевая процесс.
Думаю, вы догадываетесь, что предпочел перевертыш.
Я боролся, но с таким же успехом я мог бы оставить попытки. Я не мог ослабить хватку вокруг моей шеи. Куча мусора зашевелилась и всколыхнулась, и из-под обломков поднялся перевертыш, избавляясь от них, словно полярный волк, возникающий из своего ночлега под снегом. Кошмарные длинные руки перевертыша свисали ниже его колен, так что когда он начал движение по холлу, я был способен действовать руками и ногами, по крайней мере, часть времени, предотвращая мою шею от перелома под тяжестью своего же собственного веса.
Я услышал удары сапог о дерево. Перевертыш выпустил ликующий легкий рык, мимоходом приложив меня головой о стену. Из моих глаз посыпались искры. Потом я почувствовал, как лечу по воздуху и приземлился на переплетение своих рук и ног, которые, казалось, только чисто технически были соединены с телом.
Я потрясенно поднял глаза на охранника из фойе, вышедшего из-за угла, к его плечу был приставлен миниатюрный пулемет, а его щека покоилась на прикладе, так что он смотрел вокруг через прицел. Когда он увидел перевертыша без завесы он остановился на своем пути. К его чести, он колебался не более доли секунды, прежде чем открыл огонь.
Пули зажужжали вниз по холлу, так близко, что я мог достать до них рукой и коснуться их. Перевертыш, золотым пушистым размытым пятном, бросился в сторону, и, оттолкнувшись от стены, прыгнул к стрелку, меняя при этом форму. В прыжке, его тело перевернулось, и внезапно к охраннику по потолку понесся паук размером с малолитражку.
В этот момент, он вновь меня поразил. Он развернулся и побежал, бросившись за угол с быстро приближающимся перевертышем за спиной.
"Пора!" закричал кто-то, когда перевертыш достиг пересечения двух коридоров и грохочущий гул наполнил коридоры шумом и светом. Пули разрывали пол, стены, и потолок, попадающие в поле зрения из-за угла, и наполнили воздух щепками и градом осколков древесины.
Перевертыш испустил оглушительный пронзительный вопль боли и безграничной ярости. Стрельба достигла неистовой, громовой кульминации.
Затем начали кричать люди.
Я попытался подняться на ноги, но кто-то поставил коридор в режим сушки и отжима, и я снова упал. Я продолжил попытки. Кто бы ни превратил холл в сушилку из прачечной, он, в конечном счете, должен был выбежать из помещения. С помощью стены мне удалось подняться на колени.
Позади раздался слабый звук. Я повернул свою затуманенную голову к источнику звука и увидел три гибких бледных силуэта, плавно спустившихся через отверстие, проделанное перевертышем. Первым оказалась Лара Рейт. С одной стороны она порвала юбку, практически открыв бедро. И когда, приземлившись, замерла, припав к полу, она выглядела холодной, роковой и опасной, с мечом в одной руке и автоматическим пистолетом в другой.