– Для меня это значения не имеет, Эдди. Ты приютил меня, когда мне не к кому было пойти и мне тоже захотелось сделать для тебя что-то хорошее.
– Но это же… Это слишком дорогой подарок, Эмма!
Чейн даже лицо ладонями закрыл от потрясения.
– Единственно, что я боялась, так это трогать твоего «мистера Дика». Я поняла, что он для тебя очень много значит.
– Да, он со мной давно.
– Ну, раз я тебя не обидела, тогда – хорошо. Моя сумка со мной, я пойду.
– Стой! Постой, куда же ты пойдешь? – спохватился Чейн.
– Ну, Эдди, я же вижу, что напрягаю тебя своим присутствием.
– Потому, что ты теперь рыжая? – решился пошутить Чейн.
Он не мог не оценить то, сколько денег вбухала эта девочка и сколько сил приложила, чтобы все это организовать. Это… Это требовало ответной любезности, что ли.
– Мне не идет? – спросила Эмма накручивая на палец яркую прядь.
В ее глаза блеснули слезы.
– Дело не цвете волос, дело в диване. Он мне очень понравился, но я опасаюсь, что не смогу в нем разобраться – слишком уж сложный. Тебе придется остаться и какое-то время его тестировать, сам я спать на таком побаиваюсь. Без испытаний.
– Ты… разрешаешь мне остаться? – едва слышно спросила она, глядя на него снизу вверх.
– Да. По сути, ты мне не мешаешь. А как я делаю зарядку ты уже видела и больше у меня никаких секретов нет.
– А я обещаю, что больше не полезу к тебе в кровать! – выпалила Эмма. – Ну… без разрешения.
Так Эмма осталась у Чейна. Ее отношение к нему, ее траты и энтузиазм заставили его в корне изменить мнение об этой девушке и временами он даже ругал себя за то, что «продался» за дорогие игрушки.
Впрочем, диван с холодильным шкафом его не интересовали, а вот «Триада»… Ведь это было за пределами его мечтаний и фантазий.
Он просто принимал к сведению, что имелись вот такие совершенные машины для тренировок. Иногда видел рекламу, пробегал глазами описания, отслеживал новые поколения. Но на себя не примерял даже в мыслях, поскольку Чейн был реалистом.
А тут вдруг пришел домой, а оно уже там стоит.
Этим вечером Чейн еще поработал с «мистером Диком», как бы отдавая ему должное уважение, но тренировка вышла – так себе, поскольку Эдди косился на обновку и все его мысли, несмотря на старания, крутились вокруг ее возможностей и регулировок.
И вокруг того, как он будет все это передвигать, переставлять и как выносить «мистера Дика».
Наутро его ждал еще один небольшой сюрприз. Оказалось, что Эмма приобрела еще и навороченный мейдер, который из замороженных картриджей выращивал разные блюда ресторанного уровня.
Ну, почти ресторанного.
Чейн рассчитывал в это утро снова уйти без завтрака, чтобы не будить Эмму, однако она не поленилась подняться рано и вдруг, вышла в пижаме в большую комнату и царственным жестом указала на открытую дверь кухни.
Автоматический диван там уже был свернут, а на столе парили две порции чего-то там в сливочном соусе.
Название очень длинное – Чейн не запомнил, потому что в который раз за сутки был удивлен.
Пока он ел, Эмма без остановки тараторила, рассказывая о возможностях нового мейдера. И – да, старый тоже был в подвале.
Она перечисляла типы блюд, которые мог приготовить чудо-прибор и Чейну оставалось только кивать и счастливо улыбаться, хотя вторая порция в него уже едва влезла, ведь по спортивной традиции он ел не много, чтобы не вылезти из своей весовой категории.
Закончив завтрак, он поблагодарил Эмму и уже собрался убегать, когда она спросила его:
– А что насчет «мистера Дика»?
– А что насчет него? – не понял Чейн, останавливаясь у выходной двери.
– Его можно убирать?
– Да я сам приду и…
– Эдди, если ты уже решил, то все сделают специально обученные люди, которым тоже нужно кормиться. Обещаю, они сделают это со всем уважением к твоему заслуженному другу.
– Ну, да, хорошо. А почему бы и нет? Пусть сделают, Эмма, а «Триаду»…
– Новый тренажер поставят на то же место и строго согласно инструкции.
Чейн улыбнулся и развел руками. Эмма снимала с него тяжелый груз сомнений.
С чувством необычайной легкости и даже радости, он спустился по лестнице и только сейчас заметил новую дверь в подвал – красивую и солидную.
Теперь, видимо, следовало раздать ключи от подвала всем жителям дома. Хотя – нет, ключ будет только у миссис Брукс. Она староста дома и у нее не забалуешь.
С этими мыслями он вышел из подъезда и полной грудью вдохнул утренний воздух. А потом, даже с некоторой симпатией посмотрел на машину сопровождения. Все же, они беспокоились о безопасности Эммы, которая оказалось не такой уж плохой девчонкой.
В таком настроении он добрался до работы, где все происходило обычно. Гифсон бурчал и всего опасался, рабочие при любой возможности начинали бить баклуши, а их бригадир, то и дело говорил по диспикеру со своей женой.
Что-то они там все никак не могли утрясти.
Новых скандалов с фон Дитлицем не было, хотя колонны по-прежнему работали на семьдесят пять процентов нагрузки.