Когда первые капли сменились уже более частыми, дети стали ютиться ближе друг к другу. Те, кто захватил зонты, прятали под ними и своих товарищей, а остальные укрылись длинным широким плащом Кетсуми-сенсея, пока та стояла перед ними в тёмно-серых форменных брюках и рубашке.
Она проводила урок, почти не прячась под листьями, словно получая наслаждение от прохладного летнего ливня.
Закончив учебный день, Кетсуми ждала своих детей на их излюбленном месте тренировок, что находилось совсем недалеко от Академии, за Памятным Камнем, на южном берегу реки. Прикрыв глаза, она расслабленно сидела на поваленном грозой дереве, с наслаждением вдыхания свежий влажный воздух. Её одежда уже насквозь промокла. Спадавшие с неба капли приводили мысли в порядок и убаюкивали прохладными, едва ощутимыми прикосновениями, снимая усталость. Когда над девушкой занесли зонт, она встрепенулась и раскрыла глаза.
— Тебе не холодно? — послышалось за её спиной.
Кетсуми обернулась.
— Шиноби не боятся таких мелочей, как плохая погода, — засмеялась Кетсуми, приобняв Кин так, что её маленький зонт укрыл их обеих. Следом пришёл и Джуничи. — Пусть вы ещё даже не генины, но уже что-то да знаете, — Кетсуми обратилась к детям, гладя их по голове, — поэтому расскажите мне, к чему лежит ваша душа? Какими ниндзя вы себя видите в будущем?
Джуничи задумался, а Кин, словно всегда готовившаяся к этому вопросу, начала отвечать незамедлительно:
— Я хочу быть такой, как мой отец, — в этот момент, когда его образ предстал перед её глазами, она засияла от гордости, — он призывает огромную кошку, куда ловит врагов Конохи! Он сильный, бесстрашный, никто не может ему перечить, — мечтательно проговорила Кин.
— А ты? — Кетсуми повернулась влево, туда, где сидел её сын.
— Я хочу уметь то, что ты сегодня показала на уроке, это, — мальчик прервался, подбирая слова, — это нечто…
