С этими словами он отвернулся и направился к выходу.
– Нет, недостаточно, – возразил Андуин, взмахом руки указав на только что опустевшее кресло. Голос его звучал негромко, но тон возражений не допускал. – Останься и выслушай меня.
Генн удивленно воззрился на молодого короля, кивнул и с явной неохотой сел.
– Хорошо, – вздохнул он. – Хоть мне это и не нравится.
Андуин подался вперед.
– Это же прекрасная возможность, – напористо заговорил он, – если только нам хватит храбрости воспользоваться ей. Сильвана дарует Отрекшимся жизнь. Конечно же, они следуют за ней. А вот Альянс от них отвернулся. Что они получили от нас, кроме прозвищ – «мертвяки», «ходячая гниль»?.. Мы смотрим на них со страхом. С отвращением. У нас в голове не укладывается, что когда-то они были людьми.
– Были, – подчеркнул Генн. – Были людьми. Когда-то. Но теперь – нет.
– Потому что мы предпочитаем о них так думать.
Тогда Генн прибег к иной тактике.
– Ладно, – заговорил он, откинувшись на спинку кресла и сузив глаза. – Скажем так: тебе довелось повидать нескольких достойных Отрекшихся, всего лишь горстку, причем все они, так уж вышло, жрецы. А других таких же ты видел?
Да, Андуин мог припомнить, по крайней мере, одного, и к жрецам он, определенно, не принадлежал. Во время суда над Гаррошем Адским Криком бронзовые драконы предоставили и защите, и обвинению возможность показывать сцены из прошлого при помощи артефакта под названием «Видение времени». Во время одной из них Андуин стал свидетелем беседы между Отрекшимся и эльфом крови, происходившей в какой-то таверне незадолго до того, как таверна была уничтожена приверженцами Адского Крика.
Эти двое солдат были против жестокости и насилия, которые олицетворял собой Гаррош. И погибли за свою веру. Но как же его звали? Как-то на «Ф»…
– Фарли, – сказал Андуин вслух. – Франдис Фарли.
– Кто это?
– Капитан Отрекшихся, обративший оружие против Гарроша. Он был крайне возмущен тем, что тот сделал с Терамором, а при жизни жил прямо здесь, в Штормграде.
Казалось, Генн не понимает из сказанного ни слова.
– Франдис Фарли не был жрецом. Он был простым солдатом, сохранившим в себе достаточно человечности, чтоб отличить зло от добра.
Чем больше Андуин размышлял над этим, тем крепче убеждался в своей правоте.
– Аномалия, – отмахнулся Седогрив.
– Не согласен, – возразил Андуин, еще сильнее подавшись вперед. – О помыслах и чувствах среднего гражданина Подгорода мы не имеем ни малейшего понятия. И с тем, что Сильвана заботится о своем народе, ты поспорить не можешь. Они ей не безразличны. И этим обстоятельством мы можем воспользоваться.
– Чтоб одолеть ее?
– Чтоб усадить ее за стол переговоров.
Оба смерили друг друга взглядом. Андуин был спокоен и сосредоточен. Генн с трудом сдерживал гнев.
– Ее цель – обратить побольше
– Ее цель – защитить свой народ, – возразил Андуин. – Если мы дадим ей знать, что понимаем ее побуждения, если сумеем убедить ее, что Альянс никогда впредь не станет угрожать тем Отрекшимся, что уже существуют, ей вряд ли придет в голову создавать из азерита оружие против нас. Мало этого: у нас появится возможность объединить силы с Ордой ради спасения нашего общего мира!
Генн долго смотрел на юного короля.
– Ты точно не подхватил в Стальгорне ничего этакого?
Андуин поднял руку, успокаивая его.
– Знаю, все это кажется чистым безумием, но ведь мы никогда не пытались понять Отрекшихся. Теперь у нас появился превосходный шанс. Архиепископ Фаол и прочие помогут начать переговоры. А у каждой стороны есть то, что нужно другой.
– Что может понадобиться от нас Отрекшимся? И что такого нужного для нас может найтись у них?
– Семья, – уверенно, с мягкой улыбкой на губах ответил Андуин. – Друзья и родные.
К тому времени, как он вернулся к себе, свеча погасла. Комнату освещал только свет лун за окном.
– Ты получила мой сигнал, – в полный голос сказал Андуин, зажигая свечу и оглядываясь вокруг.
Спальня казалась пустой, но, конечно же, это было не так. Мгновение назад казавшаяся совершенно обыкновенной тень дрогнула, и в круг неяркого света шагнула знакомая стройная фигурка.
– Как всегда, – ответила Валира Сангвинар.
– Когда-нибудь я попрошу показать, как ты пробираешься внутрь.
– Думаю, ты для этого тяжеловат, – улыбнулась она.
Андуин усмехнулся. Как же ему повезло, что рядом столько людей, которым он доверяет! Он знал: не каждый король мог бы сказать то же самое о себе. Но Валира… Валире он доверял даже больше, чем Велену и Генну Седогриву. Они с Варианом дрались плечом к плечу на гладиаторской арене, и Андуин знал ее не первый год. Не раз спасшая жизнь и ему, и его отцу, она доказала преданность роду Риннов на деле и, что не менее важно, была вхожа в те круги, куда и Андуину, и его советникам путь был заказан.
Валира была эльфийкой крови и личной шпионкой короля.
