Но парень быстро выламывает мои руки, несильно отталкивая к стене и прижимая к ней запястья, управляя нашим поцелуем. По телу прошлась волна возбуждения, и это не скрылось от довольного Тео, переключившегося на мою шею, плечи, оставлявшего дорожку из влажных поцелуев. Придерживая запястья над головой одной рукой, другой он стал расстегивать мою рубашку, и я ощутила волнение и страх.
- Ой, - громко сказала Элизабет, входя на кухню, - кажется, мы помешали, - сделав невинное личико, она развернулась.
Но Тео, заметив чужое присутствие, отстранился от меня, переборов свои желания с явной неохотой. Стараясь не краснеть, я вышла из кухни, провожая Элизабет и Чарльза, но, вернувшись обратно, я увидела Тео в гостиной.
- Тебе рассказать план на сегодня? – спросил он, глядя на меня, и, кивнув, я села рядом, ощущая теплые пальцы парня на талии.
- Сначала мы отправимся на обзорную площадку Эйфелевой башни, - начал Тео, - потом, возможно, пройдемся по самым ценным экспонатам Лувра, если не засидимся в кафе. И, конечно, Нотр-Дам де Пари.
- По-моему, - я улыбаюсь, а пальцы скользят по ключицам парня, - совсем не плохо.
- Одобряешь? – Тео перекинул хвост через плечо вперед, целуя шею.
- Да, мистер Эванс, - улыбаясь.
***
Мне кажется, фраза «Это очень красиво!» была произнесена из моих уст за последний час слишком много раз. Поднявшись на третью смотровую площадку, я ощутила сильный ветер, прижимаясь к Тео и осторожно подходя к краю, глядя на город, простирающийся под нами. Это действительно завораживает, на несколько мгновений задерживает дыхание, и ты восторгаешься прекрасным видом на Сену и Йенский мост, который кажется маленьким с такой высоты.
- Тебе нравится? – парень обнимает меня за талию, шепча на ушко, и его голос перебивает шум ветра.
- Да, - улыбаясь, я продолжаю смотреть вперед, разглядывая Париж с высоты птичьего полета.
- Ты хочешь вернуться домой? – Тео едва касается губами виска.
- Не сейчас, но, - я задумываюсь, вспоминая об отце, временно пропавшим из виду вместе со своими угрозами и обещаниями, - самолет через день, и я буду рада встретить друзей, маму, - я медленно опускаю взгляд, глядя на верхушки голых деревьев.
Летом здесь красивее, но мнимая мрачность, серость создают особую атмосферу.
- А если, - сглатывая, - я предложу тебе остаться здесь?
Я поворачиваюсь к Тео, хмуря брови и поджимая губы.
- Прости, но… - я вздыхаю, - я должна вернуться домой, после школы поступить в Университет искусств, если получится. Я… скучаю по родным местам.
- Которых скоро не будет, если тебя отправят в Нью-Йорк, - не желая спорить, но отстаивая свою позицию.
- Ты же вернешься со мной? – не понимая мыслей Тео, я поворачиваюсь к парню, встречаясь с его глазами.
Они говорят гораздо больше, чем молчание.
- Я не уверен, - начинает Тео Эванс, - вчера ночью я встречался с Еленой.
- Своей мачехой? – удивленно.
- Понимаешь, у нее и твоего отца в прошлом были, хм, - он запинается, - некоторые разногласия. Поэтому, если я не помогу решить ее проблемы, то буду вынужден задержаться здесь.
Мое настроение заметно испортилось, но оно не должно перечеркнуть весь этот день.
- Я понимаю, - ответив и пытаясь вспомнить что-либо, связанное с Еленой, но на ум ничего не приходит.
- Я сильно расстроил тебя?
- Не очень.
- Тогда, - парень крепко прижимает меня к себе, - тебе поможет… - он не договаривает, целуя нежно и осторожно, и уголки моих губ медленно поднимаются.
- Это шантаж, мистер Эванс.
- Вовсе нет, мисс Грей, - усмехнувшись, Тео сжимает мою ладонь, - нам пора в собор Парижской Богоматери.
Кивнув, я следую за парнем, и через полчаса мы оказываемся у старого и красивого собора, украшенного сотнями скульптур и различной лепниной. Осторожно войдя внутрь, оглядываю полутемное помещение, замечая прекрасные витражи в окнах. С интересом разглядывая разноцветные стекла, в центре собора вижу огромный орган, вокруг которого с интересом столпились люди. Шагая вдоль скамей, продолжаю любоваться одним из самых знаменитых соборов в мире.
- Мое тело, - шепчет Тео на ушко, - моя душа, моя кровь, я сам, - тише и едва слышно, прикасаясь губами к мочке, - все принадлежит тебе.
- Феб де Шатопер, не так ли? – усмехаюсь, краснея.
Тео Эванс улыбается, заключая меня в объятьях и позволяя смотреть на величественный музыкальный инструмент.
- Именно, но, будь я Виктором Гюго, эти слова услышала бы не Эсмеральда.
Я улыбаюсь шире, и мнимая тишина, которая появилась только между нами двумя, не нагнетала, а успокаивала, и тепло медленно разливалось по телу.
- Хочешь, пойдем в кафе? – тихо предлагает Тео, прижимая спиной к своему торсу.
- Дай еще пару минут, - умоляя.
- Хорошо, - молчание возобновляется, и мы оба любуемся внутренним убранством Нотр-Дама де Пари.
