Шейн коснулся языком ее сокровенной части, и она издала звук, свидетельствовавший о явном потрясении и несомненном удовольствии. Его плоть все больше твердела по мере того, как он лизал, пощипывал, сосал и снова лизал ее клитор и прилегающие складки до тех пор, пока она, задыхаясь, не задвигала в ускоренном ритме бедрами, потом схватила его за волосы и, запрокинув голову, кончила.
И снова кончила.
Ее все еще сотрясала дрожь, когда он оторвал один презерватив и надел его. Подтянув ее бедра к краю подушки кресла, Шейн ткнулся меж ее бедер.
Тихо охнув, Дэни опустила руку и, обхватив его плоть пальцами, направила внутрь себя. Выгнув шею и спину, запрокинула голову и задохнулась от удовольствия.
Шейн чуть подался вперед, потом оттянулся назад и застыл, выжидая чего-то. Она подняла голову и посмотрела на него.
Господи, как ему нравились ее глаза! Нравилось, что в них отражалось все, о чем она думала.
– Да, – пробормотал он несколько севшим от изумления голосом. – Это намного лучше.
У нее раскраснелись щеки. Она ловила его взгляд, когда он начал двигаться, потом опустила глаза и следила за тем, как он до конца погружается в нее. Он тоже посмотрел на себя, на нее, и ее вид, такой прекрасный и манящий, еще больше завел его.
– У меня от тебя дух захватывает, – сказал он, лаская пальцем ее клитор.
Она тихо постанывала, пока Шейн не притянул к себе ее голову, чтобы поцеловать, зная, что его губы все еще хранят вкус ее сока. Он чувствовал, как ее мягкое тело движется в унисон с ним, вдыхал аромат ее кожи…
А потом она закричала опять, и он охотно, очертя голову, кончил вслед за ней.
Потом они отправились под душ, где воспользовались еще одним презервативом и обмыли друг друга. После этого Дэни лежала в объятиях Шейна на его огромной кровати, прислушиваясь к его ровному дыханию в борьбе с неуемным желанием припасть губами к его телу и посмотреть, скоро ли он проснется.
Но… но.
Дэни никак не могла остаться. Было уже восемь часов, и ей пора было отправляться на работу. Но дело не только в этом. Главное – нужно было уходить, пока она еще могла сделать это, не нанеся смертельной раны своему сердцу. Один раз.
Она дала себе зарок, что это будет только один раз, а получила уже больше, чем рассчитывала. Намного больше. Получилось так, что он сделал все, что она загадала. То, как ласкал ее, как двигался… В душевой Дэни едва не потеряла сознание из-за переполнявшего ее удовольствия от их движений, медленного скольжения тел, глубины его проникновения. От того, как он дожидался, когда она, доведенная до крайности, произнесет его имя. И она выкрикнула его имя.
Дэни вздохнула. Она знала, что воспоминания об этих часах, проведенных с Шейном, останутся в ее памяти на всю жизнь. Она осторожно выскользнула из его объятий. Шейн заворочался, и она замерла, но он так и не проснулся. Дэни не выспалась, у нее слипались глаза. Ей так хотелось вернуться в постель к самому сексуальному и потрясающему мужчине из всех, кого она когда-либо встречала, но не могла, поскольку зареклась, что у нее будет всего одна ночь. Нельзя увлекаться им.
Не уставая твердить это себе, Дэни на цыпочках прошла в ванную и нашла оставленную здесь ранее одежду. Потом так же осторожно прошла в гостиную, с мечтательной улыбкой вспомнив, как он снимал с нее здесь трусики.
Возможно, она еще не влюблена в него, но очень близка к этому… Шлеп.
Дэни упала, споткнувшись обо что-то большое и пушистое. Распластавшись на полу, она приподняла голову, и ее лицо тут же было облизано от подбородка до лба. Собака. Милая, ласковая, слюнявая собака, которую не волновало несвежее дыхание по утрам или то, что Дэни была голой.
– Спасибо, – прошептала Дэни. За что снова была облизана.
– Да, и тебе доброе утро, но если бы ты подвинулась…
Белла подвинулась. Перевернулась на спину, извиваясь всем телом в ожидании ласки. И пыхтя при этом.
Сопровождалось все это энергичным помахиванием хвоста, большого, тяжелого хвоста, который каждый раз глухо лупил по стене. Бум, бум, бум…
– Ш-ш… – Дэни попробовала почесать ее, но это привело Беллу в самый, что ни на есть, неописуемый восторг.
Дэни обреченно вздохнула и, усевшись на полу, под аккомпанемент скулившей Беллы вызвала по телефону Шейна такси.
– Все, хватит, – прошептала Дэни. – Прости меня, но я смываюсь, как только разыщу свои трусики.
Белла засопела и тихо, обнадеживающе гавкнула. О Боже!
– Ш-ш… – умоляюще зашипела Дэни, возобновив почесывание собаки и беспомощно оглядываясь в поисках трусов. – Послушай, выпусти меня отсюда, а потом можешь спать с ним на кровати, хорошо? Что скажешь?
Белла повернула набок голову, будто взвешивая, «за» и «против».
– Славная девочка. – Прижимая к груди найденную одежду, Дэни повернулась и огляделась в поисках проклятых трусиков. О, это нехорошо! Взглянула на Беллу, которая переместилась на свой диван. – Неужели придется покидать без трусиков своего первого любовника на одну ночь? – испуганно прошептала она.
Белла фыркнула и занялась вылизыванием себя.
