- Да закурил... - Я ведь просила тебя не курить в комнатах.
- Как ты меня испугала! - положил руку на сердце Прохор. - Я думал, случилась какая-нибудь беда.
Ткнув папиросу в пепельницу, он затушил ее.
- Так кого же пригласим на вечеринку, милые женщины?
- Во-первых, надо договориться, когда устроить ее, - сказала Марина, - а потом уже о приглашенных речь вести.
- Давайте организуем ее двадцатого августа, - предложила Зина. Будет кстати: у Гены день рождения.
- Замечательно! - захлопала в ладоши Марина. - Твои, Геничка, именины отпразднуем, - крикнула она упитанному краснощекому мальчику, возившемуся с игрушками в углу.
- А какие мне купят подарки? - спросил Гена.
- Ты, брат, оказывается, человек практичный, - засмеялся Прохор. Сразу речь завел о подарках...
- Это уж дело мое, что куплю, - засмеялась и Марина. - Тогда увидишь, что принесу.
- Итак, решено и подписано, - хлопнул ладонью по столу Прохор. Двадцатого августа. Кого приглашаем? Я вот, например, должен пригласить начальника первого отдела штаба Ворожейкина Михаила Аркадьевича. Он мой старый товарищ. Потом моего заместителя Коршунова Георгия Григорьевича тоже надо. Разумеется, оба должны с женами прийти. А теперь говорите вы, кого намереваетесь позвать. Одну минуточку, я сейчас...
Он принес из кабинета блокнот и карандаш.
- Слушаю, - приготовился он писать.
- Запиши профессора Карташова Фрола Демьяновича с женой.
- Это кто же такой? - полюбопытствовала Марина.
- Мой начальник, - сказала Зина. - Губолиз.
- Как? - изумилась Марина.
- Да, - засмеялась Зина. - У него странная и некрасивая привычка облизывать свои губы. Скажет слово и облизывает губы... Ха-ха-ха!
- Фу, как это неприятно! - брезгливо поморщилась Марина... - Надо еще пригласить Апухтина Михаила Федоровича. Он хороший приятель Виктора. Ездят вместе на рыбалку.
- Это ты про нашего Апухтина говоришь? - спросила Зина.
- Ну, конечно.
- О! Его обязательно надо. Он наш старший научный сотрудник. Замечательный человек. Когда я пришла в первый раз в институт, то не знала, за что взяться, растерялась. Апухтин помог мне, ознакомил с делами, ввел в курс работы...
- Решено, - резюмировал Прохор. - Включаем... Дальше кого?
- Наверно, все, - сказала Марина.
- Ну как же все? - возразил Прохор. - Надо же еще включить в список твоего, Марина, неизменного кавалера и рыцаря Смокова Ивана Евстратьевича.
- Смокова? - недоумевала Марина. - Зачем? Разве ты его, Проша, знаешь?
- Да как-то вот на днях Виктор познакомил меня с ним. Даже стакана по два пива выпили в ресторане... Приятное впечатление на меня произвел. Я даже успел прочитать его несколько рассказов... Даровитый человек он... Сумеет наверняка выбиться в хорошие писатели... Его, по-моему, стоит пригласить, а?
- Не знаю, - посмотрела Зина на Марину.
- Ехидный человек он немного, - сказала Марина. - А в общем, ничего. Можно, конечно, и пригласить... Его можно пригласить и без жены... Он этому случаю даже обрадуется...
- Нет уж, - закачал головой Прохор. - Если приглашать, так уж приглашать с супругой. - И записал: - Смоков с женой.
В этот вечер обо всем было договорено.
XVI
Двадцатого августа новенькая, еще пахнущая свежими красками, звонкая и светлая, как китайский фонарик, просторная квартира Ермаковых заполнялась шумливой, веселой толпой гостей.
Зина и Прохор принимали их в прихожей.
Вскоре все собрались за празднично накрытым столом. Здесь был и профессор Карташов Фрол Демьянович, лет сорока, гладко причесанный линялый блондин с серыми навыкате глазами, со своей супругой Людмилой Антоновной, маленькой и хрупкой женщиной лет тридцати пяти, работавшей врачом скорой помощи. Рядом с ним сидел его помощник по институту, старший научный сотрудник Апухтин Михаил Федорович, человек лет тридцати, спортивного телосложения, смуглолицый, в пенсне. Пришел он с женой - миловидной шатенкой Валентиной Васильевной.
Рядом с Мариной сидел заместитель Прохора - Георгий Григорьевич Коршунов, длинный, худющий мужчина (ста девяноста сантиметров роста, как он любил себя рекомендовать) с четырьмя шпалами в петлицах. По натуре своей он был замкнутый, угрюмый. Не поднимая глаз от тарелки, он слушал, что говорилось вокруг, и молчал.
В противоположность ему его жена Клавдия Дмитриевна - полная красивая женщина под тридцать лет - была кокетлива и непомерно болтлива. Она трещала, как сорока, иногда говоря такие несусветные глупости, над которыми сама же первая и хохотала. Сбоку ее сидел Иван Евстратьевич Смоков в темном пиджаке и светло-голубом галстуке. Он то и дело, впрочем, искоса поглядывая на свою супругу, сидевшую на другом конце стола в обществе Зины и Прохора, украдкой лобызал руку своей соблазнительной соседки.
- И почему я вас до сих пор не встречал? - ворковал он ей на ухо. Очаровательнейшая женщина. Первым же взглядом своих чудесных глаз вы сразили меня, и пал у ваших ног.
- Ох! - томно вздыхала Клавдия Дмитриевна. - Иван Евстратьевич, вы настоящий демон, соблазнитель. Берегитесь, предупреждаю вас, я влюбчивая. А вдруг я влюблюсь в вас, что тогда? Я ведь так просто не отстану от вас...
