Секунды две мы молча смотрим друг на друга, а затем Кин наносит резкий боковой нижний удар ногой и ею же боковой в голову. Я успешно блокирую оба и выбрасываю в ответ ногу в грудь Донована. Журналиста отбрасывает к стене, но он тут же, чуть ли не бегом возвращается на исходную позицию. Исполнив ногами удар-ножницы в прыжке, отбитый мной, он трижды резко и быстро бьёт руками в голову. Но и они не достигают цели, впрочем, как и мой ответный. Вновь с его стороны следует комбинация из верхнего бокового и удара с разворота, ещё один круговой, он наносит в очередном высоком прыжке. Но все они лишь рассекают со свистом воздух, точно так же, как и мой верхний прямой. Годы у меня уже не те, чтобы скакать, аки горный козёл. Донован рвёт дистанцию и с близкого расстояния садит целой серией коротких прямых в корпус, заканчивая её размашистым боковым. Вот от него то я и ухожу, опускаясь в поперечный шпагат и тут же нанося удар Кину в пах. Журналист складывается от боли, я же, резко поднявшись, добавляю ему двойку в голову и круговой с ноги. И я в молодости обожал это дело. Донован вновь отлетает к стене, крепко впечатаваясь в неё, и на этот раз поднимается с явным трудом.
- Да вы какой-то неубиваемый, - с досадой, недовольно морщась, произносит Кин.
Что есть, то есть. Думаю, каждый, кто пережил битву при Роттенберге, скажет о себе то же самое.
- Ладно, квест всё равно зачтён, - немного успокаивается Донован, - так что... счастливо оставаться, - проворно сигает он в окно, вдребезги разнося стекло.
Квест, так это теперь у них называется.
- Эй, стой! Стой, кому говорю! - доносится с улицы отчаянный крик стражника, - а гром меня разрази, Создатели! Проклятое простреленное колено!
..................................................................................................................
- Вот это да, - удивлённо говорит фюрст, - и Гильдия воров, и Братство тьмы. А ведь казался вполне приличным человеком. И вы подозреваете, Вольфганг, что тут замешаны Шварцхайды? Скверно, очень скверно. Город Мечей - наш главный стратегический союзник, а они там - самое влиятельное семейство. Могут смело потягаться с самой фюрстин. Боюсь, в свете нынешней ситуации, придётся эту тему замять. Ну а с исполнителя, не будь я фюрст Медвежьего города, мы тысячу золотых марок стрясём.
- Во всяком случае, полагаю, "Белый фиал" очищен от всех подозрений.
- Я тоже так считаю, - кивает фюрст, - ваши доказательства столь убедительны, что у комиссии не должно возникнуть никаких сомнений. Так что, Квентин, вам не придётся снимать нашу команду с турнира. И я вам не прощу, если наши бойцы не возьмут первого приза. Вздуйте этих орков как следует. Для наших ребят турнир состоится в любую погоду.
- Раз поход на орков отменяется, - вступает в разговор Гюнтер Штайнфауст, - думаю, пора вернуться к нашей главной проблеме. Мы должны заставить фюрста Драконьего города наконец сделать выбор.
- Он настоящий алеман, - торжественно заявляет фюрст, - уверен, он примет правильное решение.
Так, эти речи я слышу уже в сотый раз. Мне пора.
.................................................................................................................
... Эверд великолепно принимает на щит молодецкий удар орочьего боевого молота! Браво, браво, Эверд! Биттерфельд молнией проносится по краю ристалища... Меч, меч у Лангера. Удар, ещё удар! Да! Есть! Орк без сознания валится наземь! Счёт открыт. Один ноль в нашу пользу! Вы слышите, слышите восторженный гул трибун? Да, именно за это мы все любим Турнир.
Турнир продолжается. И вот, что я вам скажу. Пусть боевые молоты и булавы глухо бьют о щиты, а мечи и секиры высекают искры друг о друга и доспехи только на его ристалище. Шут с ними, с зельями. Пускай хлещут его сколько влезет. Лучше уж здесь, чем, да вы и сами всё прекрасно понимаете.
