Передай мне соус полностью

Эрл Стенли Гарднер

Дональд Лэм — «мозг» детективного агентства, но ни седина, ни природное очарование не помогли ему избежать ареста как соучастника в деле об убийстве.

Берта Кул — мягкая и приятная в общении, как моток колючей проволоки, больше всего на свете она любит изображать отвратительную старую ведьму в агентстве Лэма.

Сандра Иден — голубоглазая блондинка, таинственная любовница, которая хотела бы навсегда остаться пятнадцатилетней, но ее истинный возраст — вот настоящая тайна.

Элеонор Иден — мать Сандры Иден и свояченица Эмоса Гейджа по первому мужу, она отчаянно нуждается в пище и медицинском уходе.

Джером Кемпбелл — попечитель поместья Гейдж, очень трудно выдерживать взгляд его холодных беспристрастных глаз и покровительственные манеры.

Дафни Бакли — пышнотелая расчетливая брюнетка, никак не может дождаться, пока окажется неверной женой или обеспеченной вдовушкой.

Эдит Джордан — пышнотелая легкомысленная блондинка, она пропала из виду, а затем появилась — с чужими отпечатками пальцев.

Том Аллен — любитель клубнички, бесхарактерный тип, вероятность того, что он забудет удар, нанесенный ему блондинкой, так же мала, как то, что лев не заметит кусок говядины в своей клетке.

Эмос Гейдж — склонный к кутежам и склерозу дядюшка Сандры был осужден за тяжкое преступление задолго до своего тридцатипятилетия, из-за чего не получил ни пенни из положенного ему наследства — что и привело к очень интересным последствиям.

Малкольм Бакли — владелец гоночного автомобиля номер НФЕ—801, был неоднократно уличен в жульничестве самого неприглядного свойства.

Харви Кловер — педантичный помощник шерифа в Бейкерсфильде, Калифорния, он должен был напомнить Дональду Лэму, что, даже если каждая улика в деле об убийстве что-то и значит в книжке Дональда, эта книжка была не Дональда, а его.

Девчонке было около пятнадцати. Она изо всех сил старалась держаться храбро и выглядеть старше своих лет, напуская на себя вид взрослой, опытной женщины.

Берта Кул норовила от нее отмахнуться. Я стоял в дверях ее кабинета, держась за ручку двери.

— Извини, я не знал, что ты занята, Берта.

— Все нормально, она уже уходит, — ответила миссис Кул.

Девочка часто заморгала, сдерживая слезы. Ей не хотелось уходить, но просить она не собиралась и с достоинством поднялась.

— Спасибо вам большое, что уделили мне столько времени, миссис Кул.

Она направилась к двери, а я продолжал стоять в проеме. Словно оправдываясь, Берта представила меня:

— Это мой партнер, Дональд Лэм, Сандра. Нам надо обговорить с ним одно важное дело.

Большие голубые глаза снова наполнились слезами, но девочка силилась улыбнуться.

— Как поживаете, мистер Лэм? — спросила она с показной вежливостью и хотела было пройти мимо, но я не посторонился.

— Что-то вас беспокоит, Сандра? — спросил я.

Девочка кивнула, потом внезапно попыталась все-таки проскользнуть мимо.

— В ее деле для нас нет ничего интересного, — объяснила Берта. — Мы не заработаем на нем ни цента.

Я обнял девочку за плечи.

— Подождите, Сандра. Расскажите мне, что случилось.

Берта посмотрела на меня с недоумением.

— Она мне уже все рассказала. Говорю тебе, что мы не сможем ей ничем помочь.

— Так что же все-таки произошло, Сандра?

Теплота моей руки, обнимавшей ее за плечи, и простая человеческая симпатия оказались свыше ее сил.

Она припала лицом к моему плечу и заплакала, вздрагивая от всхлипываний.

— Черт возьми, я ненавижу слезы и сцены! Уведи ее отсюда! — не выдержала Берта.

— Мы уходим, — ответил я.

— Я хочу с тобой поговорить! — закричала Берта мне вслед.

— Говори сейчас. Садитесь, Сандра. — И я подвел девочку к креслу. Она с сомнением посмотрела на миссис Кул, потом села на самый его краешек.

— Поверь, там нет ничего такого, что могло бы нас заинтересовать. Она хочет найти своего дядю Эмоса.

Если Эмос еще жив, то должен унаследовать деньги и в этом случае часть их даст матери Сандры, если, конечно, не передумает. Ее мать тогда сможет оплатить свои медицинские расходы: похоже, она больна и не в состоянии больше работать. Даже в том случае, если вы найдете ее дядю, нет никакой гарантии, что он вообще собирается выделить ее матери какие-либо деньги. Я уже сказала, гонораром для нас здесь и не пахнет.

Поэтому, ради всего святого, позволь решать все мне и уведи отсюда этого ребенка.

Я взял Сандру за руку и вывел из личного офиса Берты Кул, направляясь в свой офис, расположенный по другую сторону коридора.

Элси Бранд, мой секретарь, посмотрела на девочку, и в ее глазах сразу затеплилась симпатия.

— Зайди ко мне, надо кое-что записать, — попросил я.

Элси села рядом с Сандрой на диван и обняла ее за плечи.

— Так что же случилось? А?

Сандра вытерла глаза, потом улыбнулась мне и Элси, как настоящая леди, и выпрямилась. Элси Бранд, повинуясь какому-то шестому чувству опытного секретаря, сразу все поняла и сняла руку с плеча Сандры.

— Почему вы пришли именно сюда, Сандра? — спросил я.