— Спасибо за комплимент о фигуре. И ты прав, всегда виноваты оба. В нашем случае, нам нужно было хорошо взвешивать, уживутся ли наши различия. Хотя раньше Паше нравилась моя безбашенность.
— Вам было по шестнадцать. В этом возрасте ни о чем серьезном не думаешь.
— Урок на будущее, думать об этом сразу, а не через два года, — сделала я вывод. — Спасибо за разговор по душам, Ленка так не умеет. У нее один ответ: «Чего ты так переживаешь? Ты еще молода».
— Не за что, — улыбнулся Влад. — Я тебе такой же друг, как и Лена.
— Пока пьяна, спрошу. Скажи, а ты на самом деле веришь в дружбу между мужчиной и женщиной? Паша вот не верит, говорит, один точно хочет или любит второго.
— Глупый вопрос после фразы, что я твой друг, — ответил он с усмешкой. — Я на самом деле верю в такую дружбу. Но не исключаю, что иногда такая дружба перерастает во что-то большее. Такое и правда бывает. И еще, иногда у друга может встать на подругу. Тут уж дружба дружбой, но физиологию никто не отменял, — мы засмеялись. — Вопрос лишь в том, как ты к этому человеку относишься на самом деле.
— Мне можешь не объяснять. Я считаю, что у дружбы нет половой принадлежности, — сказала я с видом профессора. — Знаешь, а когда мы познакомились, ты меня ужасно бесил. Все время молчал, или говорил только с Антоном, или придирался ко мне. Зачем ты так делал?
— Не знаю. Интересно было наблюдать за твоей реакцией. И честно говоря, я не думал, что у Антона с Леной все так закрутится. Вот и не видел смысла нормально с тобой знакомиться, — честно признался Влад. — Потом Лена что-то сказала о тебе, уже и не вспомню что именно, и я решил понаблюдать за тобой. Понял, что ты не тупая выскочка.
— Ты такого был обо мне мнения?
— Ну, первое впечатление… — засмеялся он.
— Не понимаю. Как ты мог стать мне таким близким, меньше чем за месяц.
— Похоже, последняя стопка текилы была лишняя. Еще немного, и ты начнешь признаваться мне в любви.
— Не правда. Я не настолько пьяна, хоть и пьяная, — начала я протестовать. — И я правда люблю тебя. Ты почти мой лучший друг. После сегодняшнего вечера ты знаешь обо мне больше, чем Лена… или Паша… Надеюсь, не исчезнешь теперь, как Витя… или…
Я уснула посреди фразы.
От лица Влада.
Меня улыбнуло, как Алина уснула, недоговорив. Я тоже выпивший, но не пьяный. У меня была цель выслушать, а не напиться.
Укрыв ее пледом, я решил выйти на улицу и прогуляться. Нужно разложить по полочкам, что Алина рассказала.
Все ее недоверие к людям идет из детства. Как так можно наплевать на своего ребенка? А на сестру?
Меня мать одна воспитывала и работала на двух работах, но никогда не обделяла своим вниманием. Я всегда был окружен ее заботой и любовью.
Видимо, поэтому Алина так трепетно относятся к друзьям и ищет любовь у них.
И в ней определенно есть закалка, стержень. Неужели Паша этого не видел и не понимал, что ее не переделать? Хотя, может в шестнадцать она была еще не такая?
Теперь я понял, почему она ему не доверяла. У него всегда есть какое-нибудь «но». Паша никогда не поддерживал ее всегда и во всем. Ей всегда приходилось бороться самой, от этого и характер такой.
Но через сколько она устанет вывозить все сама? Любой женщине нужно рядом крепкое плечо, которое поддержит и утешит в трудные минуты. Ведь даже сегодня я видел, как ей тяжело из-за идиота, которого действительно любит, но не проронила ни одной слезы при мне. Максимально скрывала, как ей тяжело, хоть и доверяет мне. И я видел все моменты, когда она отворачивалась из-за мокрых глаз.
Мне так хотелось утешить ее, поддержать. Вся эта показуха сильной и независимой, даже умиляет. Каким образом, она смогла стать мне той младшей сестрой, о которой я так мечтал в детстве, не понимаю. А ведь я не из тех, кто так прикипает к людям.
Не знаю во сколько я проснулась, но чувствую себя ужасно. Болит голова, а в горле суше, чем в пустыне.
— Ммм… Я вчера попала под каток? — спросила я, пытаясь вспомнить, как уснула.
— Нет. Просто подружилась с текилой, — пошутил Влад.
— Ты же пил со мной, почему такой свежий?
— Может, потому что выпил меньше?
— Пожалуй, текила плохая подружка.
— Хороший вывод.
— Ох, — вспомнила я, как изливала вчера душу. — Я столько тебе вчера наговорила. Прости, — как же стыдно.
— Ничего, я рад, что ты со мной поделилась. Тебя было интересно слушать.
— Интересно слушать пьяное нытье? Ты нормальный человек?
— Нормальный. Я просто вчера получил ответы на некоторые свои вопросы, — улыбнулся он.
— Даже не хочу знать. Предпочту остаться в неведении, чтобы не краснеть от стыда еще больше.
— Ты слишком строга к себе. Любому человеку иногда нужно выговориться.
— Но я вчера рассказала даже то, о чем знал только один человек. Причем не Лена.
— Значит, теперь знаю еще и я. Мне приятно твое доверие, — признался друг. — Перед тем, как уснуть, ты еще в любви мне призналась, — засмеялся он.
— Я уверена, что как к другу.
— Естественно. Ведь твое сердце занято Пашей, — продолжает он улыбаться.
— А ты претендуешь на его место? — спросила, пряча за усмешкой напряжение.
— Нет. Я претендую на место Вити. Оно вроде вакантно.
