Да что за дурь, мелькнула злая мысль, уже и деревья здесь не деревья? Он ухватился за ветви, толстые и крепкие, даже взрослому мужчине не расцепить, но он напрягся, оторвал от себя, затем перехватил обеими руками за правую, развернулся и дернул так, что из ствола дуба выдернул нечто, корявое и угловатое, похожее на человека, если человека можно вытесать из дерева тупым топором.
Он с силой бросил эту тварь оземь, взметнулась труха с покрытого корой тела, быстро наступил сапогом на то место, где у человека шея.
Все получилось быстро, ни тот не хрюкнул, ни Мрак не моргнул, голова еще додумывала о соотношении насилия и справедливости у власти, а руки заломили голову, мощно треснуло, тело обмякло, будто и не деревянное, перестало дергаться.
Мрак соступил, потрогал носком сапога нападавшего. Явно не обниматься лез, для обниманий с незнакомцем нужно не меньше двух кувшинов вина осушить, и то не всякого, лучше вантийского, оно крепче.
Ладно, сказало нечто внутри досадливо, не отвлекайся, не отвлекайся на досадные житейские мелочи. Думай о высоком, да не о звездном небе, Яфегерд уже заканчивает карту, если уже не закончил, а тебе нужно выдержать этот съезд и не осрамиться.
Оглянулся на дерево, там теперь объемистая ниша, даже не просто ниша, а обширное дупло, целое гнездо тварей поместится.
А не надо было давать приют всякой злобной твари, мелькнула злая мысль. Хоть ты недаром дуб, что с тебя взять.
Он успел зайти в свою комнату, поставил сайдак с луком у кровати. В соседней комнате Манмурт и Хрюндя под одним одеялом, Хугилая нет, как бы на работе, ну-ну.
Медленно вышел на крыльцо, зевнул, потягиваясь, и тут на дорожке, ведущей из глубин сада, показался Хугилай, задумчивый и чем-то вроде расстроенный.
Завидев Мрака, просиял, церемонно поклонился издали, даже руки раскинул, как взлетающий с поверхности озера нажравшийся карасей и лягушек лебедь.
– Ваше Величество!.. Как я рад.
– Чему? – спросил Мрак с подозрением.
– Что у нас такой тцар, – заявил Хугилай. – Ночью надо спать, а не!.. А всякие там пусть, они не мы. Ваше Величество, звезд почти не видно. Досыпайте, вставать рано, сейчас только слуги должны мельтешить, чтобы для нас было все готово.
– А ты где был? – поинтересовался Мрак.
– Служу отечеству, – ответил Хугилай уклончиво. – Ибо!..
– А-а, – сказал Мрак, – ну да, всяк служит по-своему. Отечеству нужно много чего, о чем не говорят.
– Золотые слова! – воскликнул Хугилай. – Во что жизнь превратится, если все будут знать обо всех? Мир не выживет без скрытности и обмана.
Он оглянулся, сделал голос потише. По параллельной дорожке медленно и величаво шествует царь Стародуб Сильномогучий, окруженный советниками. Мрак подумал хмуро, вчера с тцаром вышагивало шестеро, а сейчас вон только трое, да и то у одного халат на руке и плече бугрится, словно под ним намотана тряпка в три слоя. Трудно работать на владыку, трудно. Многие уходят, но уходят все по-разному.
Стародуб с советниками перешел на дорожку, что перекрещивается с ведущей к терему, все такая же слитая группа, словно не разные люди, а один человек в четырех телах.
Когда проходили мимо терема, бросая на барбусцев острые пытливые взгляды, Мрак, чувствуя, как в нем взыграло злобно-веселое настроение, спустился с крыльца.
У того, что с перевязанной рукой и плечом, еще и лицо расцарапано, кровь засохла темными струпьями.
Мрак сказал с сочувствием:
– Больно?..
Слав посмотрел с ненавистью.
– Ничуть, – ответил он хриплым голосом, – о куст поцарапался.
– Молодец, – сказал Мрак, – удержался. А мог бы мордой со всего размаху о дорожку.
Слав взглянул бешеными глазами, ускорил шаг, догоняя своих. Мрак весело смотрел вслед.
За спиной простучали торопливые шаги, Хугилай тут как тут, проводил долгим и полным подозрения взглядом тцара Славии и его советников, повернулся к Мраку.
– Ваше Величество?
– Да так, – ответил Мрак все еще веселым голосом, – думаю, застукал муж той бабы, которую этот прижимал на кухне. Так что смотри…
– А-а, – сказал Хугилай. – Не, я не попадусь. Всегда о державе думаю, а с нею надо бдить и помнить.
– И не попадаться, – сказал Мрак.
– Золотые слова! – воскликнул Хугилай льстиво. – И на случаи жизни!
– Всегда настороже, значит, – ответил Мрак с сочувствием. – Но не пей столько. Морда была как у коня, а теперь как у лошади.
Хугилай передернулся.
– Ну вот еще!.. У нас пить – тоже работа. Я умею, даже похмелья не бывает. Я ветеран, Ваше Величество!
– Не надорвись, – посоветовал Мрак.
Хугилай прислушался, торопливо поднялся.
– Глашатай кричит, созывает на утреннюю трапезу. Это в главном зале дворца.
– Надо идти, – ответил Мрак и пояснил: – Здесь хорошо кормят. И платить не надо.
В большой зале столы накрыты, на широких тарелках новые яства, куявские повара расстарались удивить гостей изысканной кухней, но нет вина, день рабочий, вино будет на ужин, хотя на столах в саду есть любое на выбор.
Гости рассаживаются быстро, все уже запомнили свои места, Мрак направился к тому, где сидел в прошлый раз, тут же от своей группки отделилась Мелигерда и быстрыми шагами пошла в его сторону.
